Главная / Статьи / Поэзия русских борзых

Поэзия русских борзых

"Охотничьи собаки составляют половину от имеющихся отечественных пород. И возглавляет их перечень порода номер один отечественного собаководства, вершина русской кинологической мысли и практики – русская псовая борзая, имеющая феноменальный престиж во всех цивилизованных странах мира". Мария Муромцева

"Охотничьи собаки составляют половину от имеющихся отечественных пород. И возглавляет их перечень порода номер один отечественного собаководства, вершина русской кинологической мысли и практики – русская псовая борзая, имеющая феноменальный престиж во всех цивилизованных странах мира". Мария Муромцева.

Моя прекрасная принцесса

Остудила осень южнорусскую лесостепь, закружила в островах лиственные звонкие метели, вознесла листву в синее небо и раскидала ее по ближайшей степи, добавив ей пестроту и яркость. Стоишь на холме, и дух захватывает. Там, внизу, как слитки золота на изумрудном сукне озимых, сияют зажженные солнцем березовые лесополосы, резные балки в бахроме пестрых кустов, плывут голубые плесы водохранилищ, да в немыслимой дали легко – легко, тонко – тонко обозначены сизым штрихом сосновые боры.

Сколько пространства, какое раздолье борзятнику! Идет равняжка по зеленям, идет величественно и напряженно. Вот он! На зеленом ковре озимых внезапно вырос здоровенный русак и, закинув уши, убегает со всех ног, причем с такой нарастающей быстротой, что все перескоки сливаются и, кажется, летит серый бесформенный снаряд. Брошены со своры борзые, из огромных полуколес превратившиеся в стремительные торпеды. Это Малина, Мята и Медуница под стоны, и вой остальных борзых помчались за зверем.

В бешеной скачке утонули на мгновение в небольшой лощине, но на противоположном пологом склоне, развернувшись вправо, вся травля вынеслась. Разрыв сокращается примерно до пяти метров и долго держится на этом приделе. Но русская борзая замечательна тем, что преодолевает этот предел, делая доскачку. Мята подбирается, подбирается и бросает угонкой русака влево, и он влетает в пасть Медунице.

Но русак тяжел, и на огромной скорости борзая кувыркается через голову, теряя зайца, косой пытается разогнаться, но его накрывают Малина с Мятой. Не каждого зайца берут борзые, его и догнать – то трудно, притом он никогда не бежит на авось, он знает, куда бежать. Помню, встал дальний заяц, борзые пометили его лишь у лесопосадки. Русак мог сразу в нее свернуть, но он разогнал собак вдоль лесополосы и резко нырнул в нее – одна борзая врезалась в дерево.

Иногда опытный, матерый русак, увидев собак, просто хамит: скачет козлом, боком, боком и бьет себя черно – белым куцым хвостом дразня собак, а потом как припустит и, пропал вдали. Заяц может, когда его вот – вот достанут собаки, резко лечь, и борзые пролетают над ним. Может подпрыгнуть в рост человека, может ползти, занориться, спрятаться на стогу, броситься под ноги человеку или лошади, а самое коронное пролежаться и драпануть тихо сзади. А уж что вытворяет лисица!

Звери тысячелетиями оттачивали приемы выживания, на этом фоне мастерство собаки восхищает, а непредсказуемость поведения зверя усиливает эмоциональность этой божественной охоты.

Наша умница – русская псовая борзая – это не подружейная собака, она самостоятельно добывает зверя, что кроме охотничьего азарта, требует от нее выдающихся качеств, и поэтому борзая, наша гордость, красавица – аристократка, как принцесса окружена невероятной заботой и любовью. И она заслуживает этого!

…Тихий вечер. Золотой лисовин, как осколок заката, бежит по чернозему через синее – синее поле. Его глаза все замечают, лапы торопливо трусят, тяжелый хвост плывет следом. Красив, самонадеян лисовин и, видимо, еще не знаком с русскими борзыми.

-У – лю – лю – лю – лю!

Взорвалась тишина, брошены Альдебаран и Ася! С хрипом вздыбились с трудом удерживаемые своры. На подмогу ринулись Буян и Шельма.

Угонка, другая, промах, но сбит и смят лисовин. Отчаянно взвился он и замелькал, как флажок, в круговороте разъяренных борзых, но, взятый по месту Альдебараном, притих. Отрыщь! Отрыщь! – кричат девчонки и бегут к затравленному зверю.

Удар

  «На ринге русских псовых борзых в средней возрастной группе был выставлен великолепный кабель Удар А.А.Морозова. Этот высокопородистый, отлично выращенный, с красивой головой и прекрасной мускулатурой кобель был привезен из города Семилуки Воронежской области» 1998 г. N№ 35 «РОГ» из статьи С. Матвеева «Борзые на 105-й Московской выставке охотничьих собак»

Станичник Василий устало возвращался с охоты с борзыми Ладой и Ударом. Осенний ветер гулял по просторной станице, доносил с воронежских степей аромат полыни и дыма, раскачивал в садах голые ветки с позабытыми яблоками, забивал листвой траву, сушил слезы. Василий прошелся с Ударом – вчера он договорился поменять его на кобылицу. Ему стало невмоготу без лошади: и подзаработать нужно и, главное, на охоту без лошади, ну ни как, а кругом такие просторы. И ведь места знает, а без лошади одни мечты… И собаку так жалко.

Вчера приезжал Алексей, надежный давнишний знакомый, охотник, у которого появилась возможность привезти скаковую лошадь в обмен на борзую. Василий выпустил во двор пару борзых на выбор:

– Одна из них твоя.

Алексей смотрел, думал, долго думал и решил – Я беру кобеля. Значит так, послезавтра из волгоградской области я привезу для тебя на КАМАЗе красивую, стройную, с тонкими ногами, верховую лошадь. Жди.

Василий шел по станице и невольно вспоминал сегодняшнюю охоту, последнюю с Ударом. Один заяц ушел без угонок – далеко встал, а второй… Ох и метался русак! Угонка, другая. Лада промахнулась, отстала и вроде бы скомкала скачку, но умница Удар, поняв, что вся охота теперь на нем, в фантастическом полете настигает и, изящно наклонив голову, точным, рассчитанным движением подхватывает удирающего зайца…

– Где же ты, сынок, таких собак достал? Неожиданно спросила спрятавшаяся от ветра за стеной терновника старушка. Она сидела на скамейке, маленькая, сухая, широко открыв ожидающие, влажные глаза.
– У нас, родимый, такие только у помещицы были.
– Я, бабушка, таких собак всю жизнь держу.
– А ты по роду кем будешь?
– Игнатенко.
– Я слыхала, твоих предков на борзых сменяли, с Украины их привезли. За умение и любовь к собакам взяли Насте помогать. У помещицы Раевской была дочь Настя, статная, лихая девушка была. Владела кузнечным ремеслом, могла подковать любую лошадь, верхом ездила – залюбуешься, но особенно любила охоту с борзыми. Значит, и в тебе эта жилка осталась – любовь к собакам. А я уж думала и не увижу их никогда борзых-то. После революции часть собак вывезли белогвардейцы, а остальных крестьяне съели. Вот и повидала. Спасибо, сынок, спасибо, милый.

Прошло полмесяца, Василий получает от Алексея письмо:

«Здравствуй, дорогой Василий. Удар долго тосковал, капризничал, а вчера, иду по балке и вижу: чья-то гончая гонит лису. Я еле удерживаю свору, а Удар рвется как никогда. Чувствую, что-то не то. Я собак попридержал, и стали мы прислушиваться да приглядываться. Балка веером раскинулась вверх и заканчивалась у пашни. И на краю пашни я увидел двух притаившихся волков. Ты ведь знаешь, как волки у нас собак снимают: они лису или зайца пропускают, а собак – ловят. Лисица повернула не к волкам, а в другую сторону, и гончая за ней. Волки рванули за собакой.

Как мы – борзятники – ни любим, ни обожаем своих собак, но азарт иногда берет верх, и я бросил собак уже чисто по волкам. И от ужаса оцепенел – в пашне поднялись еще два волка, видимо, материки, а мои собаки их не видят, вчетвером они ведь порвут всех собак! Я крикнул, собаки обернулись, увидали волков и развернулись на пашню по материкам. Волки нехотя стали уходить, волчица оторвалась вперед, а волк как более тяжелый и уверенный в своих силах приотстал.

Собаки достали волка, и две суки с одной стороны пытались взять его по месту, но огромный волк мчался, не сбавляя скорость. И тут твой кобель бьет волка справа с такой силой, что опрокидывает волка и двух сук. Не зря ты его назвал Ударом.

Собаки мгновенно взяли зверя по месту, крепко держат. Я стал осторожно подходить, а волк, увидав меня, крутанулся, вырвался, раскидал собак, сделал огромный прыжок и оскалился. А я – рядом! Спасибо Удару – набросился, сбил волка. И завертелся клубок, только лязг слышно, рычание. И шерсть разлетается – не подступиться.
Опять собаки прижали солка, держат, я прыгнул, схватил волка за две задние ноги, так он с тремя собаками, вцепившимися намертво, и мной целую борозду в пашне сделал. Отпустил я одну ногу, полез в карман достать свору, чтобы его ноги опутать, а он стряхнул нас как котят, и ушёл. Эх, не было у меня кинжала, не помог я собачкам! Благодарю и обнимаю, Алексей»
 

Владимир Киселев

Adblock
detector