Главная / Статьи / Не джигом единым, или о вреде консерватизма на рыбалке

Не джигом единым, или о вреде консерватизма на рыбалке

Не джигом единым, или о вреде консерватизма на рыбалке

Спиннингист, пройдя путь от вращающихся блесен к воблерам, а затем и к джиговой ловле, постепенно меняет приманки на те, которые больше подходят для любимой рыбалки. Отправляясь  на ловлю окуня "на котлах", рыбак не знал, что попадет на голавлиный бой, когда его снасть окажется не применимой. Рыбалку спас соседский мальчишка с простейшим "набором спиннингиста" – и отказ рыболова от консерватизма.

Так бывает в жизни любого человека, когда занимаясь любимым делом, отдавая ему каждую свободную минуту, мы, как в эволюционном «древе», которое изучали в школе, все дальше и дальше уходим от его основания по пути кажущегося нам совершенства. И, вдруг, случайно посмотрев на то, что творится рядом, удивляемся: «Как же я этого не знал? Почему не уделил этому внимания?».

Применительно к рыбалке происходит следующее. Средний спиннингист, если он не вчера начал и ему не посчастливилось повстречаться с теми рыболовами от которых, что-то переняв, он быстро перешагивает определенную ступень развития, проходит вполне стандартный путь от различного вида колеблющихся и вращающихся блесен к воблерам, а от них постепенно к джиговой ловле во всех ее проявлениях. Постепенно более предпочтительный вид ловли накладывает отпечаток и на его рыболовные снасти, где начинает просматриваться приоритет одних приманок над другими. В конечном счете побеждают последние. Конечно, каждый раз выезжая на водоем, мы подсознательно подбираем точки, наиболее пригодные для любимой рыбалки. Но бывает и иначе.

Все мое детство прошло на Средней Волге. Именно там, проводя все летние выходные с родителями на островах, я и приобщился к спиннинговой ловле. Огромное количество островов Саратовского водохранилища, сильно закоряженное дно на месте бывших лесов и озер создали благоприятную почву для укрепления любви к этому виду рыбалки.

Так получилось, что пришлось переехать ближе к центру. Снова я попал в эти места только спустя двадцать лет. Картина Волги была неузнаваемой. Множество островов просто исчезли и угадывались только по длинным травяным полосам. Грустные рассказы отца, который был со мной в этой поездке, о том, где были острова и озера, на которых он рыбачил и охотился, легко подтверждались показаниями эхолота и далекими пробными забросами джиг спиннинга.

Наша стоянка находилась на одном из островов. Так как дело было в первых числах августа, то стояла сильная жара с полнейшим безветрием в обеденные часы. Утро и вечер посвящался любимому виду ловли на джиг, чему способствовал интереснейший рельеф дна, а послеобеденное время отдавалось захватывающей ловли окуня на «котлах».

Принцип этой рыбалки хорошо известен: основная приманка и расположенные выше нее два «самодура» – крючки с надетыми на них кембриками от проводов. Рыбалка незавидная по качеству рыбы, но очень захватывающая. В качестве основной приманки может выступать что угодно. В нашем случае это была одна из джиговых оснасток моего рыболовного ящика, а других, как я уже говорил в начале своего рассказа, у меня и не было.

И здесь судьба сыграла свою роковую шутку. Во время одного из выездов по поиску окуневых котлов наше внимание было привлечено сильными всплесками и группой чаек, находящихся по необыкновению ближе к фарватеру реки. Всплески были мощнее и, в отличие от булькающих окуневых, более шумные. Отец посмотрел вокруг и сказал, что здесь, кажется, раньше был остров. Показания эхолота подтвердили его версию. Место боя находилось точно на длинном подводном возвышении с глубиной в два с половиной метра и дальнейшим резким свалом до шести.

То, что это не окунь, легко доказывалось полнейшим игнорированием стандартных окуневых оснасток, о которых писалось ранее. Что сразу бросалось в глаза, так это избирательность места и отсутствие какого либо смещения, что особо характерно для фарватерных крупноокуневых котлов. Я знал эти места, имею достаточную рыболовную практику, но в такой силе это не видел. Шумные развороты в десяти, двадцати метрах от лодки головля и, немного поодаль, перекатывание или нырки крупных язей. Причем голавль бил точно на свале, а язь играл уже на глубине. Недоумение, вызванное отсутствием поклевок, и тщетные поиски проводки и приемлемых приманок в ящике, еще больше обостряли ситуацию.

ловля голавля

Как я тогда жалел, что последние свои вращающиеся блесны я самоуверенно раздарил года три назад своим друзьям. Моя изобретательность иссякла, а вокруг творилось что-то неописуемое. Уже говоря вслух, я беспомощно сел в лодке.

Но случай бывает и счастливым. В этот день с нами в лодке находился двенадцатилетний мальчишка, сын двоюродной сестры. Они живут там и я взял его сегодня с собой, так как он очень интересовался тем видом спиннинговой ловли, которым там практически никто не ловит. Время как будто остановилось и то, что я видел двадцать лет назад, практически осталось неизменным. Это стандартный спиннинговый набор, известный всем.

Юный рыбак удивленно наблюдал за мной и, когда я расписался в своей беспомощности, сказал, что может у него что–то есть и протянул старую железную коробку от зубного порошка. Помимо всего прочего в ней лежали две вращающиеся блесенки неизвестного происхождения грамм по семь массой и продающиеся рублей по двадцать штука на каком-нибудь из местных развалов. Это было спасение.

Опасение за возможное закручивание тонкого шнура 0.1мм, чем обычно грешат не только блесны сомнительного происхождения, но и фирменные приманки, было напрасным. Пробная проводка у лодки подтвердила легкость вращения лепестка. Первый же заброс и сильный удар.

Здесь я немного хочу сказать о снасти. Все–таки массовый переход на шнур продиктован необходимостью чувствительности в нейтральной стадии проводки. Плюс к этому модульное удилище. Рыболовный набор спиннингиста, использующего вращающиеся блесны, как правило, более скромен. Проще удилище и, как правило, мононить. Это легко объяснимо – приемлемый заброс на тонких лесках, меньшая закручиваемость, а главное – ненужность чувствительности на остановках приманки, ведь этих остановок просто нет.

Какая снасть получилась в моем случае : Avid до 17.5 грамм длиной 2.89 метра и шнур 0.1 мм. На такой снасти даже 7 гр. приманкой получался хороший заброс, а поклевка головля на ней – это просто взрыв! То, что творилось последующий час до наступления сумерек, запомнилось мне на всю мою жизнь. Практически каждый заброс – ощущение, но процент реализации не более четверти.

Что характерно, поклевки чаще происходили при самой медленной проводке с глубины на мель и почти всегда чувствовалось несколько быстрых тычков подряд, а потом сильный удар, визг фрикционного тормоза и бурное вываживание с обязательным подсачиванием. Использование сачка продиктовано не боязнью сходов (их здесь практически не было по причине очень прочных и мясистых губ), а только деликатностью снасти.

Очень примечательно поведение голавля в сачке. Он как будто замирает. Его бьет очень мелкая, еле заметная дробь. Во время боя голавль не проявлял особой пугливости, но дистанцию держал. Недоброс десяти метров сказывался на количестве поклевок вполовину. Иногда случались поклевки крупных окуней, а язи, играющие в стороне, были безразличны к нашим стараниям. За четыре выезда на эту точку был пойман только один, но зато на 1,5 кг. С наступлением сумерек клев резко обрывался и мы возвращались на остров.

Наш младший товарищ в этот же день был командирован на берег и утром вернулся с четырьмя новыми блеснами того же происхождения, но только чуть крупнее. Размер (возможно 4) продиктован большим весом и необходимостью дальнего заброса. Уменьшение количества поклевок при этом не наблюдалось.

Последующие три выезда были также результативны и запоминающиеся. Та же точка, то же время, неизменный интерес к вращающимся блеснам и взрывной характер подводных бойцов. Финальным аккордом нашей поездки была поимка здесь же, среди голавлиного боя, пятикилограмовой щуки на ту же вертушку. Поклевка произошла на более грубой снасти, недостатком которой был короткий заброс, но с вываживанием проблем не было. Примечательно, что во время подъема щуки к поверхности, рядом с ней всплыла такая же. И это было очень эффектно. Пробивка точки джигом в течении десяти минут результата не принесла…

Дальше было возвращение домой. Кто–то может сказать: «Случай». И я, наверное, с ним соглашусь, но подумать есть над чем!?

Цель данной статьи заключается не в том, чтобы рассказать о методах и приманках, применяемых во время голавлиного боя (об этом написано немало прекрасных статей), просто на конкретном примере хотелось показать, что консерватизм в рыбалке, как и в любом другом деле, редко способствует реальному прогрессу и познанию даже отдельного способа ловли, а это в конечном счете отражается на ее результате. Возможно, те провальные рыбалки, которые есть на памяти у любого рыболова, связаны именно с тем, что мы не смогли вовремя перестроиться под условия ловли, а помешала нам в этом наша излишняя самоуверенность в лидерстве одних приманок над другими.

Дмитрий Харьков, fishinginfo.ru

***

Другие статьи на эту тему:

Adblock
detector