Главная / Статьи / Весенняя охота по новым правилам: что можно, чего нельзя

Весенняя охота по новым правилам: что можно, чего нельзя

Весенняя охота по новым правилам: что можно, чего нельзя

О весенней охоте и о том, что можно, а чего нельзя делать по новым правилам охоты, рассказывали на пресс-конференции в РБК заместитель директора департамента государственной политики и регулирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов Минприроды России А.Сицко и директора  ФГБУ "ВНИИприроды" А.Филатова.

Вступительное слово ведущего.

Добрый день, мы приветствуем посетителей сайта РБК, журналистов, собравшихся в пресс-центре медиахолдинга, и наших гостей – Андрея Алексеевича Сицко, заместителя директора департамента государственной политики и регулирования в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов Минприроды России, и Андрея Александровича Филатова, директора Федерального государственного бюджетного учреждения "Всероссийский научно-исследовательский институт охраны природы" (ФГБУ "ВНИИприроды").

Говорить сегодня будем о весенней охоте, попытаемся разобраться в том, что можно, а чего нельзя делать по новым правилам охоты. Впрочем, не будем ограничиваться только весенней охотой, посмотрим на это традиционное занятие русского человека гораздо шире.

В ходе нашей пресс-конференции прозвучат ответы на вопросы пользователей сайта www.rbc.ru. Журналисты также смогут задать свои вопросы как в режиме удаленного доступа, так и непосредственно в пресс-центре сразу после нашей вступительной части.

Вопрос: Начинается весенняя охота. Специалисты констатируют, что дичи становится меньше с каждым годом. Если можно, покажите в цифрах – действительно ли это так?

А.Сицко: Я начну свой ответ с цитаты классика российской охоты Сергея Тимофеевича Аксакова, который полтора века назад писал, приводя описание обилия дичи в Оренбургской губернии и сравнивая, что было и что стало: "Все переменилось, и в десятую долю нет прежнего бесчисленного множества дичи в плодоносном Оренбургском крае. Какие тому причины – не знаю". То есть это проблема не сегодняшнего дня, как мы видим.

Если говорить о цифрах, то перелетная дичь – водоплавающая, вальдшнепы – те виды, на которые охотятся российские охотники, зимует не в РФ. Поэтому учет и мониторинг этих видов дичи носит международный характер, ведется мониторинг на зимовках, на путях пролета и т.д. Абсолютные цифры, конечно, озвучивать сложно. Есть цифры, которые могут примерно говорить о состоянии численности. Орнитологи свидетельствовали о том, что во второй половине XX века численность водоплавающей, во всяком случае, дичи несколько снижалась.

Сейчас ситуация в европейской части, в Западной Сибири стабилизируется и по отдельным видам даже улучшается. Численность гусей и казарок специалистами оценивается в 5 млн особей – я имею в виду западные популяции. Здесь ситуация стабильна. Численность гусей самых восточных популяций, которые зимуют в странах Юго-Восточной Азии, значительно снизилась, и именно их численность вызывает опасения. Здесь орнитологи оперируют цифрами порядка 1 млн особей. Если говорить о речных утках, то речь идет о цифрах порядка 27 млн особей и нырковые, морские утки – еще порядка 10 млн. Но, думаю, все понимают, что мониторинг перелетной дичи – дело очень сложное.

Вопрос: Что планируете предпринять для восстановления численности дичи?

А.Сицко: Если говорить о восстановлении численности дичи, то позволю себе привести цитату известного французского эколога Жана Дорста, который говорил, что дичь губит не охотник, а бульдозер. И это действительно так. То есть именно деградация среды обитания является одной из основных причин снижения численности, а отнюдь не охота. Вместе с тем, восстановление охотничьего надзора, организация эффективной борьбы с нарушителями охоты является одной из мер, которые будут способствовать росту численности дичи, перелетных птиц, о которых мы сейчас говорим. Кроме того, вопросы регулирования охоты и строгого соблюдения правил, установленных государством также являются одной из мер, которая будет способствовать восстановлению численности. Ну и, само собой, это дичеразведение, это тоже одно из мероприятий в этом направлении.

Вопрос: Ежегодно проводится учет численности животных. А какие сегодня используются для этого методы?

А.Филатов: В основном по тем субъектам Российской Федерации, где в течение осенне-зимнего периода существует устойчивый снежный покров, это естественно зимний маршрутный учет. Он достаточно показателен, проводится в течение достаточно сжатого, короткого периода, но и наиболее достоверную численность зимний маршрутный учет дает вкупе с другими методами, специальными методами, которые знают и специалисты в охотничьих хозяйствах, и учетчики, которые занимаются этими видами учета.

Вопрос: Численность каких животных сегодня вызывает опасения и требует искусственного регулирования?

А.Филатов: У нас сейчас подлежит регулированию численность волка, лисицы и енотовидной собаки, а по отдельным субъектам РФ – медведя и большого баклана. Когда численность неких особей определенных видов становиться выше экологически целесообразной, они начинают наносить ущерб охотничьему, сельскому, рыбному хозяйству. При этом не стоит забывать, что размножившиеся животные этих видов являются опасными разносчиками зоонозных инфекций, в том числе возбудителей заболеваний, общих для человека и животных. По некоторым субъектам, учитывая, что до сей поры отмечаются случаи регистрации заболевания кабанов африканской чумой свиней, подлежат регулированию численности и кабаны.

Вопрос: Можно ли увеличить продолжительность весенней охоты?

А.Сицко: На сегодняшний день сложилась продолжительность весенней охоты 10 дней. То есть это тот срок, который сложился исторически. То есть десятилетиями наши российские охотники охотились весной именно вот в такие сжатые сроки. Поэтому сейчас говорить об увеличении этих сроков я бы не стал. Тем более, как я уже сказал, для того, чтобы учесть особенности субъектов РФ погодные, климатические условия каждого года, каждый субъект может самостоятельно установить удобные сроки охоты для того, чтобы охота не проводилась в тот период, когда птица еще не прилетела.

Вопрос: Вот вы тут говорили о том, кто добывает больше, кто меньше. Если есть цифры, то не могли бы вы их привести?

А.Сицко: На память могу озвучить только цифры по добыче вальдшнепов, но боюсь, что они очень приблизительные. Российские охотники, по оценкам экспертов, добывают 3-5% от всех добываемых вальдшнепов. У нас весенняя охота на вальдшнепа очень короткая, всего 10 дней, а в период осеннего пролета добыть вальдшнепа очень сложно, и немногие охотники имеют для этого соответствующее время. Во-первых, это охота в основном с собаками. В Европе же, там, где вальдшнепы зимуют, эта охота длится достаточно продолжительный период. Поэтому вовсе не российские охотники в основном добывают вальдшнепа.

Вопрос: Какие ограничения и запреты ждут российских охотников в ходе весенней охоты?

А.Сицко: В прошлом году вступили в силу новые правила охоты, и весенняя охота в этом году впервые проводится по новым правилам. Одним из несомненных плюсов новых правил является то, что точные сроки начала охоты в субъектах субъекты устанавливают самостоятельно, без оглядки на федеральный центр. То есть здесь субъекты могут сами учесть все свои особенности и открыть охоту в удобный для охотников срок. Ограничения во многом традиционны: они перешли из ранее действовавших правил охоты и привычны для большинства охотников. Это запрет перемещения по охотничьим угодьям, запрет охоты с подхода, за исключением, конечно, охоты на глухариных токах, и запрет охоты на самок птиц, что тоже для всех очевидно.

Кроме того, в правилах содержатся и нововведения. Имеются значительные ограничения по охоте на гусей на целом ряде перечисленных в правилах охоты водоемов. Это сделано для того, чтобы птицы, о численности которых мы ранее уже говорили (она не та, что была 100 лет назад), спокойно перемещались к местам гнездования, сделаны такие зоны покоя. Есть еще ряд ограничений, но все это оговорено в правилах и после проведения охоты мы все это проанализируем.

Вопрос: Оправдало ли себя введение охотничьих билетов нового образца?

А.Сицко: Да, конечно, большая польза от введения охотничьего билета единого федерального образца уже есть. На сегодняшний день мы уже можем оперировать точными цифрами охотников, которые есть в РФ. На сегодняшний день выдано около 2,7 млн охотничьих билетов. Это примерно те цифры, о которых говорилось в начале этой процедуры. Но выдача охотничьих билетов продолжается, и я думаю, что эта цифра будет увеличена. Но процедура достаточно несложная, и многие люди получают билеты единого федерального образца, и проблем в этом плане нет.

Вопрос: Это правда, что если не получили билет, то придется сдавать экзамен на знание охотничьего минимума?

А.Сицко: На сегодняшний день иной процедуры, кроме как ознакомление с требованием охотничьего минимума, законодательством не предусмотрено. Поэтому опасаться того, что будет экзамен, не стоит. Хотя в СМИ, в интернете продолжается обсуждение этого вопроса. Много плюсов, много минусов, есть аргументы "за" и "против" у той или иной группы. Но – трудно сказать. Если будет обоснованный законопроект о введении испытания по ознакомлению с правилами охотоминимума, мы, конечно, его посмотрим, но это требует серьезной проработки.

Вопрос: Действительно ли в скором времени в России запретят весеннюю охоту на птиц, обитающих на болотах и водоемах?

А.Сицко: Этот вопрос, скорее всего, связан с обсуждением возможности присоединения РФ к международному соглашению по охране афро-евразийских мигрирующих водно-болотных птиц (AEWA). Думаю, что опасаться закрытия охоты не стоит. Этот вопрос еще только рассматривается, и мы пытаемся найти те плюсы, которые РФ может получить от присоединения к данному соглашению. В тексте соглашения имеется ряд ограничений, которые могут негативно сказаться на охоте в РФ. В частности, ограничение охоты на путях пролета, в период выращивания потомства и обратной миграции. Российские охотники добывают небольшую часть перелетной дичи, поскольку период весенней охоты у нас достаточно короткий, а охотники Европы охотятся значительно больше, и наши птицы там зимуют. Поэтому обсуждение возможности подписания этого соглашения больше связано с возможностью влияния на те процессы, которые происходят в Европе. Поэтому без тщательной проработки никаких решений не случится, пусть наши охотники не переживают.

Денис (Самара): Можно ли по новым правилам использовать на этой весенней охоте собак?

А.Сицко: Собак можно использовать для подбора дичи – в правилах это написано.

Вопрос: Как будете воздействовать на тех, кто еще не получил охотничий билет нового образца?

А.Сицко: Воздействовать специально никак не будем, просто те охотники, которые не имеют на сегодняшний день билета единого федерального образца, не могут получить разрешение на добычу, и у них возникнут проблемы с продлением документов на ношение и хранение оружия.

Один из несомненных плюсов выдачи билетов единого федерального образца – это значительно улучшит вопросы охраны. Статьей 8.37 Кодекса РФ об административных правонарушениях уже давно предусмотрено лишение права охоты – аннулирование охотничьего билета. Но сделать это было достаточно сложно, поскольку охотник мог получить охотничий билет в любой общественной организации, и поэтому процедура лишения не имела смысла. Сейчас это значительно, я думаю, поднимет дисциплину охотников, и нарушителей у нас станет меньше.

Вопрос: Сколько случаев браконьерства выявлено в прошлом году? Каков ущерб?

А.Сицко: На сегодняшний день число случаев нарушения охотничьего законодательства приближается к тем цифрам, которые мы имели 5-8 лет назад, то есть это немного выше 40 тыс. случаев. Ущерб от браконьерства составляет порядка 74 млн руб., взысканный ущерб – около 60 млн. Это те цифры, которые мы получаем от уполномоченных органов субъектов РФ. Если же оценивать в общем ущерб от браконьерства, то, по экспертным оценкам, он достигает порядка 18 млрд руб. Есть же много случаев браконьерства, которые не вскрыты. Я назвал цифры тех случаев, которые были вскрыты службой охотничьего надзора.

Вопрос: Давайте затронем вопрос закрепления охотничьих угодий за общественными охотничьим организациями и за коммерческими предприятиями. В каких пропорциях это должно быть? И какое соотношением в России мы имеем сегодня?

А.Сицко: На сегодняшний день в Российской Федерации имеется 1,6 млрд га охотничьих угодий. Из них примерно половина – 49% – закреплена за пользователями. Пользователи, конечно, гораздо эффективнее ведут охотничьи хозяйства, численность охотничьих животных там значительно выше. Для примера могу сказать, что 91% кабана, 75% лося и порядка 60% численности косули обитают именно на закрепленных охотничьих угодьях, то есть эффективность очевидна. Если говорить об общественных организациях, по данным регионов, 38% закреплено за общественными организациями, то есть это сложившиеся цифры. Но никаких нормативов законодательством не установлено. Единственная цифра есть в законе об охоте, это то, что общедоступных охотничьих угодий в субъекте РФ должно быть не менее 20%, – вот такая ситуация. Поэтому общественные организации у нас довольно широко представлены в разных регионах, площади, закрепленные за ними, различны, есть и довольно значительные площади, которые превышают половину общих угодий в субъекте РФ.

Вопрос: Как привлечь сегодня инвестиции в рекреационный охотничий туризм?

А.Сицко: Вопрос многогранный, я бы сказал. Вообще туризм весь основан на длительном заключении договоров, то есть нужна перспектива. На сегодняшний день мы создали нормативно-правовую базу, которая позволяет охотопользователям уверенно вести охотохозяйство и заключать контракты, договоры на долговременной основе. То есть сейчас нет проблем с установлением сроков охоты, определением квот, лимитов и т.д. То есть те вопросы, которые были актуальны 5-6 лет назад, на сегодняшний день уже сняты.

Есть вопросы другого порядка, то есть некие барьеры, которые препятствуют просто приезду охотников в РФ. Кстати, Российская Федерация принимает не так много охотников, если даже сравнивать со странами ближнего зарубежья, например с Белоруссией. О Польше и Венгрии говорить не приходится, там эти цифры исчисляются десятками тысяч охотников, у нас намного меньше. Одной из причин является сложность ввоза охотничьего оружия иностранными охотниками на территорию РФ. Но занятые в охотничьем туризме организации об этом знают, пытаются этот вопрос решать, но, тем не менее, он достаточно сложный. Но вот один из путей для того, чтобы привлечь охотников, это каким-то образом еще раз посмотреть, как можно упростить ввоз оружия на территорию РФ.

А.Филатов: Я абсолютно согласен. Устранение административных барьеров, оптимизация процедуры, чтобы она была более прозрачной и, самое главное, простой, – это с одной стороны. А с другой стороны – повышение внимания государства к аутфитерам, которые непосредственно общаются с охотником-клиентом, предоставление более широких прав охотпользователям, которые фактически за свой счет берегут, сохраняют и приумножают государственный ресурс – объекты животного мира, предоставление им государственных полномочий по задержанию браконьеров, по досмотру людей, находящихся с оружием в охотугодьях, по составлению административных материалов. Думаю, это в значительной степени и существенной мере повысит качество предоставления услуг в охотничьем хозяйстве и позволит привлечь новые инвестиции для развития и эволюционировать отношения в этой сфере.

С.Фокин ("Российская охотничья газета"): Андрей Алексеевич, в связи с новыми правилами охоты может ли субъект Федерации оперативно в связи с погодой сдвинуть сроки охоты?

А.Сицко: Я уже сказал, что субъекту предоставлены все полномочия по установлению сроков охоты, то есть дату открытия охоты субъект может совершенно самостоятельно определять и сдвигать. Кстати, по опыту этого года мы имеем уже примеры, когда сначала определялась одна дата начала охоты, затем субъект ее менял в зависимости от погодных условий. Сейчас оглядку на федеральный центр делать не нужно. Все в руках региона.

С.Фокин ("Российская охотничья газета"): Если мне не изменяет память, небольшим властям запрещено сейчас разделять на южные и северные районы и разделять сроки охоты. Тем не менее, некоторые области, не такие уж большие, например Тверская, Костромская, разделяют на две, даже на три зоны, и в этих зонах разные сроки. Имеют ли они на это право?

А.Сицко: Я сейчас не помню перечень тех регионов, которые осуществляют весеннюю охоту в единый срок. Надо посмотреть правила охоты, и тогда все станет понятно.

Н.Сорокин ("Российская охотничья газета"): Вы сказали, что у нас исторически 10 дней весенняя охота проводится, хотя недавно совсем было исторически 16 дней, насколько мне известно, в Белоруссии – месяц весенняя охота. Чем обусловлена такая разница в исторических подходах?

А.Сицко: Если говорить об историческом подходе, то это все-таки 10 дней, поскольку с 70-х годов именно такой была продолжительность весенней охоты. 16 дней весенней охоты просуществовали три года. Поэтому здесь об исторической ретроспективе говорить сложно. Если брать опыт Белоруссии, то там месяц не сплошной охоты, там охота приближена к выходным дням. Давайте посмотрим, как у нас будет проходить весенняя охота по новым правилам, и потом совместно с охотниками обсудим, какие еще могут быть варианты. Мы открыты для диалога, смотрим опыт различных государств и все хорошее можем брать.

К.Поляков (Общественное телевидение): А с чем в принципе связаны эти ограничения и зачем бюрократизировать этот охотничий процесс?

А.Сицко: Дело в том, что любые правила, не только охота, но и дорожного движения, например, это свод ограничений. Поэтому вольно или невольно этот некий прописанный на бумаге процесс можно называть бюрократизированным, но это так. То есть охоты без правил быть не может.

Вопрос: Я недавно разговаривал с охотником, который мне сказал, что теперь нельзя стрелять по дичи с включенным мотором на лодке. А кто за этим будет следить и откуда такие правила появляются?

А.Сицко: Ну, вообще стрельба с двигающейся лодки – это всегда было браконьерством. Поэтому ваш оппонент, наверное, не очень знаком с теми правилами, которые нужно соблюдать. Это всегда было запрещено, и это совершенно правильно. Применять технические средства на охоте не допускается. Ну, естественно, что это сделано для того, чтобы численность дичи у нас была на должном уровне. Если все будут нарушать правила, то это не дело. А следить за этим должны уполномоченные органы субъектов РФ, которые осуществляют федеральный охотничий надзор. То есть служба охотинспекторов, которые должны таких горе-охотников наказывать.

А.Филатов:
Я дополню. Здесь помимо правоприменительной практики и правомерности добычи в данном случае с плавсредства с включенным мотором, я полагаю, есть еще и этическая составляющая поведения человека на охоте, ведь это и фактор беспокойства именно в период размножения. Поэтому в типовых правилах РФ и 60-х годов, и в правилах 1974г., и 1988г. эти способы охоты были не просто ограничены, но и запрещены категорически, поэтому здесь ничего нового нет.

А.Сицко: А вообще для российских охотников весенняя охота – это праздник, это отдых души, это общение с природой, а отнюдь не какая-то заготовка дичи. Поэтому мы относимся к этому именно так, и именно поэтому много ограничений для того, чтобы люди общались с природой. Потому что это, в первую очередь, общение с природой, и именно охотники знают и любят природу. Вот многие ли наши сограждане встречали рассвет весной, многие ли знают голоса птиц? А охотники все это знают, и поэтому именно охотники знают, любят и берегут природу.

Вопрос от журнала "Охотник": На какие издания вы сами подписываетесь и что вы читаете?

А.Сицко: Мы читаем все охотничьи издания, какие только есть в России. Я читаю "Российскую охотничью газету", естественно, и практически все журналы – мне даже сложно перечислять. И читаю я их и по долгу службы, и как охотник.

А.Филатов: Мы читаем всю периодику охотничью, насколько это возможно, в том числе и "Уральский следопыт", и "Охотник Подмосковья", был такой журнал, потому что у каждого охотничьего издания есть своя изюминка, чего нет в остальных изданиях. Крайне жаль, что ушел со сцены журнал "Природа и охота", который был реанимирован в начале 90-х, великолепный журнал.

А.Сицко: Кстати, интернет-ресурсы мы тоже очень внимательно изучаем и смотрим, как реагируют наши охотники на те или иные наши нововведения, следим за дискуссиями, которые там идут.

И.Столпников (РБК): Есть ли регионы, в которых уже сейчас необходимо ввести разрешения на отстрел волка или лисы?

А.Филатова: Те регионы, которые давно и системно занимаются проблемой регулирования численности волка, прекрасно понимают, что бесконтрольный рост численности этого хищника (а к учетной численности, рассчитанной на февраль-март текущего года, осенью волк увеличивает на 40% свою численность) является основным фактором, снижающим численность копытных животных. Мы помним, когда по северу европейской части России, в Предуралье и на Урале из-за того, что рухнула система государственного страхования и была очень высока инфляция, численность волка увеличилась многократно и, соответственно, численность копытных – косули, кабана, лося – здорово снизилась. Те субъекты, которые системно занимались стимулированием охотников, регулирующих численность волка, подошли к сегодняшнему дню с достаточно низкой экологически целесообразной численностью этого хищника и повышением численности копытных. Но у нас есть проблемные субъекты. В памяти, например, Якутия, где власти даже выходили с инициативой разрешить в определенной степени применение самоловов, которые бы на месте падежа от волков северных оленей позволили бы ограничивать их численность. В данной ситуации это правомерно, и увеличение премий за добычу волка – это тоже один из инструментов, повышающий результативность регулирования численности.

А.Сицко: Для ряда регионов проблема с высокой численностью волка существует. Там реализуются специальные программы, в том числе сопровождающиеся выплатами премий охотникам, в разных регионах ее размер отличается – от трех до 20 тыс. руб. даже. Волк – умный пластичный хищник, охота на которого требует особых знаний и навыков. К сожалению, плеяда охотников-волчатников, которые были 20-30 лет назад, постепенно уходит, и теряются знания по добыче волков, в то время как численность волка растет в силу целого ряда причин и требуется ее регулирование.

Вопрос: А какие это причины?

А.Сицко: Их много. Это и сложность, это и изменение тех подходов, которые произошли в связи с переходом на рыночные рельсы экономики в РФ. Ранее существовала специальная государственная программа, по которой за добытого волка выплачивалась государственная премия – 100-150 руб., это были серьезные деньги, и люди были заинтересованы в борьбе с волками. Кроме того, широко использовалась авиация, использовались яды. Сейчас яды не применяются, авиация тоже, по понятным причинам, не используется, потому что это достаточно дорого, в то время как волки очень вольготно себя чувствуют и пользуются этим.

Кроме всего прочего, плановая советская система позволяла все это делать и оленеводческим совхозам, то есть была экономическая основа для борьбы с волком, которая на сегодняшний день только формируется.

К.Поляков (Общественное телевидение): Сколько сегодня в России охотников? Увеличивается или уменьшается их число?

А.Сицко: Я уже приводил цифры о выданных билетах единого федерального образца – это около 2,7 млн человек. Мы думаем, что эта цифра еще увеличится, по прогнозам субъектов, до трех с небольшим миллионов. Но основная масса охотников, тех, кто действительно охотится и получает разрешение на добычу охотничьих ресурсов, эти люди охотничьи билеты уже, конечно, давным-давно получили.

А.Попов ("Русский охотничий журнал"): Каков механизм влияния департамента на местные власти, которые иногда манипулируют сроками открытия-закрытия охоты, всерьез ущемляя интересы довольно большой группы граждан РФ? К примеру, сроки осенней охоты в связи с пожароопасностью сокращают, а собирателям грибов-ягод путь в лес не закрыт.

А.Сицко: В случае нарушения законодательства РФ у Министерства природных ресурсов есть полномочия по контролю за нормативно-правовой деятельностью субъектов РФ. Если говорить о тех ограничениях, которые вводят субъекты РФ, в первую очередь они должны быть согласованы с Росприроднадзором. Если говорить о пожарной ситуации, вопрос достаточно сложный. Все эти полномочия – в руках субъекта РФ, поэтому каким-то образом влиять из федерального центра на те или иные решения по ограничению доступа граждан, связанному с пожарной опасностью, нам достаточно сложно. Хотя мы пытаемся призвать регионы к тому, чтобы излишних ограничений все-таки не устанавливать. Мы не можем в прямые полномочия субъектов вмешиваться. Все понимают, что лесные пожары – это серьезная опасность, в том числе и для охотничьих животных. Лучше, наверное, перестраховаться, чем потом кусать локти. Также все прекрасно понимают, что охотников от общего числа посещающих пожароопасные угодья – это максимум 2-3%, и определенная охотничья культура, которая тем не менее присутствует, она эту группу лиц не может относить к наиболее опасной вот именно для пожаров.

А.Филатов: Здесь нужно понимать, что ликвидация стихийных бедствий, в том числе пожаров, наводнений и прочих, по конституции, является предметом совместного ведения субъектов РФ и федеральных органов исполнительной власти. И охотники, я считаю, в большей степени должны адекватно и с пониманием отнестись к соответствующим нормативно-правовым актам субъектов РФ, которые ограничивают их права либо ограничивают охоту, либо запрещают охоту. Почему? Да потому что тот же лес для животных – это дом родной, это среда обитания. И по ряду субъектов, когда несколько лет назад прошли колоссальные пожары, произошло уничтожение среды обитания на 10-летие вперед, трансформация среды в таком виде, в котором животные там уже жить не будут. Это с одной стороны.

А с другой стороны, то, что касается контроля за изданием актов, которые ограничивают охоту либо запрещают ее. Это в компетенции Росприроднадзора. Есть контрольный уполномоченный орган, это Росприроднадзор, который имеет территориальное управление почти в каждом из субъектов РФ, и они отслеживают и мониторят эту ситуацию. И если находят, что соответствующие постановления губернаторов, глав субъектов изданы с превышением полномочий, они вправе обратиться в прокуратуру о вынесении протеста. Но еще раз подчеркиваю, что, на мой взгляд, охотникам нужно с пониманием отнестись к тем ограничениям, которые вводит не на пустом месте ряд субъектов.

Вопрос: Я хочу уточнить вопрос. Конечно, я имел в виду не те регионы, где идет реальная борьба с пожарами, а именно там, где есть формулировка "в связи с возможной угрозой", как это было в Московской области.

А.Филатов: Понимаете, есть определенной степени риски. К примеру, если численность субъекта на площади 15-18 млн га не превышает 1,5 млн человек, это риски одни. А когда субъект достаточно маленький, а плотность населения высока, то риски возрастают неимоверно.

Вопрос: А были ли конкретные примеры удачного вмешательства департамента в сроки охоты (в Калмыкии не успели, на Алтае сейчас пока непонятно), а по прошлому году нечто подобное было уже?

А.Сицко: В прошлом году просто иная была ситуация. То есть правила охоты в прошлом году еще не действовали, субъекты работали по постановлению N18, в котором сроки охоты были жестко прописаны, и было очень сложно в той ситуации каким-то образом даже сдвигать сроки охоты, то есть была большая проблема, которая на сегодняшний день, к счастью, решена. Но все-таки, если говорить об ограничениях, которые вводят регионы, это их полномочия. Мы, конечно, стараемся направить в нужное русло, но, тем не менее, сами охотники в регионах должны тоже занимать активную жизненную позицию и пытаться через депутатов каким-то образом влиять на то, чтобы принимались решения, не ущемляющие их прав.

Т.Алешина ("Новый лесной журнал", Вологда): Можно ли, по новым правилам, охотиться на птицу на особо охраняемых территориях, например на территории национального парка "Русский Север" (Кирилловский район Вологодской области)? Если да, есть ли какие-нибудь ограничения?

А.Сицко: На территориях национальных парков есть зонирование, и в отдельных частях таких парков, там, где не запрещена хозяйственная деятельность, осуществление охоты возможно, но эти вопросы нужно решать с дирекцией национального парка.

И.Столпников (РБК): Мы говорили об ужесточении правил охоты. В связи с этим ожидается ли рост числа браконьеров?

А.Сицко: Очень сложно говорить об этом. Мы, конечно, всей душой хотим, чтобы браконьеров не было вовсе. Но здесь следует говорить скорее о внутренней культуре охотников, потому что к каждому охотнику, конечно, инспектора не приставишь, тем более, что на сегодняшний день число охотничьих инспекторов не очень велико, поэтому культура охотников должна быть на более высоком уровне. И мы призываем всех охотников соблюдать правила охоты и с пониманием относиться к тем ограничениям, которые установлены, потому что все это сделано с целью сохранения воспроизводства дичи.

Аркадий (Вязьма): Купил ружье, чтобы ходить в лес за грибами, – на всякий случай для защиты от волков и кабанов, которые снова появились в вяземских лесах. Имею ли я право носить в лесу ружье, если охота в этот период запрещена?

А.Сицко: Нет, гражданин не имеет права носить охотничье оружие вне зоны охоты и без разрешения на добычу охотничьих ресурсов. Не нужно приобретать оружие, если человек не является охотником.

Вопрос от "Российской охотничьей газеты": Как вы относитесь к инициативе депутата Михеева, прозвучавшей 1 апреля?

А.Сицко: А вот мы именно так, связывая это с 1 апреля, и относимся к этому, с юмором. Я не знаю, насколько это шутка, но запретить охоту в РФ невозможно. Суть этой инициативы заключалась в том, что в Российской Федерации нужно запретить всю охоту, за небольшим исключением. Я думаю, что это неразумно.

А.Мотовилов (Москва): Для чего нужен кадастр животного мира охотничьих ресурсов, их мест обитания?

А.Филатов:
Кадастр нужен для того, чтобы собственник ресурса (а животный мир – это собственность государственная) понимал, что есть в кладовой, сколько этого ресурса, и фактически кадастр существует в форме охотхозяйственного реестра, который ведется в системе, и информационно-аналитической основой для принятия органами власти правомерных решений по использованию этого ресурса, по тому или иному виду животных, на ряде проблем, связанных с использованием, регулированием численности того же волка, лисицы, которые являются разносчиками, в том числе и бешенства. И основой принятия этих решений как раз являются сведения в виде охотхозяйственного реестра. Это достаточно серьезная, системная, многоплановая работа, которую необходимо делать.

Заключительное слово ведущего.

Мы завершаем нашу интернет-пресс-конференцию. В ближайшие часы на интернет-ресурсах РБК появятся самые яркие видеоцитаты нашей конференции и стенограмма.

Благодарю технические службы пресс-центра, которые помогали нам оставаться все это время в прямом эфире.

Огромное спасибо вам, уважаемые коллеги, за интерес, проявленный к теме, надеемся, что у вас получатся интересные материалы. Всем охотникам желаем удачной охоты.

У нас на сегодня все. Спасибо, до новых встреч.

РБК

Другие статьи на тему Весенняя охота

Adblock
detector