Главная / Статьи / Весенняя охота на гуся или бегство от себя к себе / С.Л. Малашко Часть 4

Весенняя охота на гуся или бегство от себя к себе / С.Л. Малашко Часть 4

Проснулся я часов в 6 утра от порывов ветра, раздававшихся с улицы. Просто очень не хотелось нырять в спальник. Можно было забраться в него и спать дальше, но я подчинился нашему правилу: раз встал – кочегарь печку.
Углей в печке было достаточно, дрова в домике, и я подбросил три толстых сырых полена. Печь довольно затрещала, принимая новые дрова. С улицы в очередной раз о себе напомнил невежливый порыв ветра, как будто стучась в стенки домика и предрекая хорошую длительную пургу.

"Психиатры различают три вида шизофрении – рыбалку, охоту и просто шизофрению. Первые две не лечатся", – С.Малашко…

Весенняя охота на гуся или бегство от себя к себе / С.Л. Малашко. – Магадан: Ноосфера, 2008. – 270 с.

ISBN 978-5-91518-019-1
УДК 821.161.1-3

 

02.05.07.Следующее размещение

Проснулся я часов в 6 утра от порывов ветра, раздававшихся с улицы. Просто очень не хотелось нырять в спальник. Можно было забраться в него и спать дальше, но я подчинился нашему правилу: раз встал – кочегарь печку.

Углей в печке было достаточно, дрова в домике, и я подбросил три толстых сырых полена. Печь довольно затрещала, принимая новые дрова. С улицы в очередной раз о себе напомнил невежливый порыв ветра, как будто стучась в стенки домика и предрекая хорошую длительную пургу.

Я проверил, как заглушена печка, глотнул прохладного чайку из кружки и однозначно решил – подремать еще.
Предварительно решил выглянуть на улицу. В лицо ударил порыв ветра с мелкой снежной крошкой.

– Ни хрена себе ириска, – шепотом пробурчал я себе под нос, закрыл дверь и залег на лежанку.

Порывы ветра за стенкой становились все более сильными и продолжительными, и под них я уснул вновь.

Проснулся часа через 3-4 , около 10 утра. Спится в такую погоду очень здорово, и не только мне.
Володя проснулся раньше и, как положено, забренчал чайником. Пурга пургой, а заведенный порядок должен соблюдаться неукоснительно. Команда должна иметь возможность выпить, поесть и закусить в любое удобное для нее время. Делал он это все методично, размеренно и, по возможности, тихо, стараясь не разбудить нас с Серегой. Его попытка раздетому выйти на улицу была пресечена очередным сильным порывом ветра и порцией снежной крошки в лицо.

Володе это очень не понравилось, и, тихо бурча под нос что-то недоброе, он был вынужден набросить на плечи куртку с капюшоном.
Я встал с лежанки, сел у стола, засунул ноги в тапочки и стал попивать холодный чай. Володя вернулся быстро, отряхнул снег с куртки, в то же время не производя лишнего шума. В отличие от нас Серега продолжал спать сном младенца, мелодично похрапывая во сне.

– Сволочь вы, батенька, накаркал вчера циклон. Все у вас, у Чубайсов и флюгероводов, не как у людей, – лукаво улыбаясь, почти шепотом выдал Володя.
Очередной порыв сильного ветра подтвердил правильность его слов.
– Мужики, что там на улице делается? Судя по тому, что слышно, на улице очень некомфортно, – раздалось со стороны Серегиной лежанки.
– Вы правильно думаете, уважаемый. Пока ты все это слышишь, мы все это уже видели. Как выразился сатирик

Семен Альтов: ”Глубокая ЗДЦ”. Дует, здорово дует, но пока без сильного снега, – ответил ему Володя.
Этот разговор состоялся часов в 12 дня. Происходящее за стенками домика явно не располагало к пребыванию на улице. В принципе, начавшаяся пурга в таком виде еще позволяла произвести на улице определенные и самые необходимые работы. Но, как оказалась, наше коллективное упрямство, проявленное при проведении подготовительных работ, оказалось более чем своевременным: мы на все 100 процентов были готовы к пурге.

Единственный минус ситуации – расход дров при таком ветре увеличивается раза в 2 –3 . Но и к этому мы были готовы – не зря работали вьючными скотами.

Сейчас мы могли себе позволить лишний раз не выходить из домика.. Поэтому решили :
1. 1 мая 2007 года в нашей компании объявляется актированный день по метеоусловиям места пребывания.
2. До наступления более благоприятных во всех отношениях климатических условий впадаем в спячку в коллективной берлоге на три персоны.
3. Спячку дозволяется прерывать только на прием пищи, чая, водки, пива и закуски.

Возражений против предложенного регламента не последовало. Мы с Володей голосовали сидя на лежанке, Серега голосовал лежа, не выползая из своего угла.
К моменту окончания нашего импровизированного митинга происходящее за пределами домика только укрепило нас в правильности принятого решения. Ветер понемногу продолжал усиливаться, и все меньше хотелось высовывать нос без крайней необходимости. Да мы и не рвались.

– Мужики, в этой берлоге кормят? – раздалось из Серегина угла.
– Не только кормят, но и закусить дают, предварительно налив хорошей водочки, – отозвался Володя.
– Вообще-то я бы пива выпил, – добавил я со своей стороны.
– А вот это мысль. Холодное пивко с копченым кижучем пошло бы неплохо, – мечтательно выдал Серега.

Сказано – сделано. Идея о пивке с кижучем оказалась объединяющей. В домике началось размеренное, неспешное движение. На плиту водрузились чайник, кастрюля с вчерашним непревзойденным борщом, а на столе стали вновь появляться разные вкусности, которые мы не смогли полностью уничтожить вчера. Весь стол оказался заполнен закусками, из-под нар извлечена охлажденная бутылка пивка. Все вроде готово, но Серега выдал вновь:
– Мужики, а где кижуч?, – и выразительно посмотрел на меня.

– И в правду где ???, – поддержал его Володя.
Оба с трудом сдерживали смех. Все прекрасно знали, что все на лабаз укладывал я, поэтому быстро найти копченого кижуча смогу тоже я. Ароматы борща заполнили собой домик. Народ жаждал пива с кижучем, и под лукавые взгляды напарников я набросил куртку от «Монблана» и выскочил на улицу.

Приятным данный выход я бы не назвал. На улице стало еще более мерзко, но кижуча нашел и прихватил для колорита бутылочку перцовки с медом торговой марки «Nemiroff’’.
– Что, не ждали? Придется сейчас попробовать еще кое-чего.

Володя, у тебя в ящике есть несколько лимонов. Доставай один, – сказал я.
– Ну, кижуч к пиву – это понятно. А вот лимон зачем? – спросил Володя.

Я взял нож, сделал филе из теши кижуча, тонко порезал лимон, открыл ”Перцовку”.
– Мужики, рекомендую закусить лимоном с солью, – предложил я.
– Это еще как? – удивленно вскинул брови Володя, подозревая какой-то очередной подвох.

Налив «Перцовки» в стопочки, я первым взял свою вместе с ломтиком лимона, обмакнул его в соль и приготовился к ощущению необычной вкусовой гаммы.

Серега с 2005 года помнил подобный вариант и с пониманием и иронией наблюдал за происходящим. Володя продолжал с недоверием смотреть на нас с Серегой.

Я предложил тост под усиливающиеся порывы ветра:
– Пусть пургуется комфортно!
Выпил стопку, закусил подготовленным лимончиком. Я продолжал смаковать появляющиеся вкусы перца, меда, лимона и соли и выразительно смотрел на Володю.

Серега поддержал меня с удовольствием, после чего и Володя убедился, что это не розыгрыш. Удовлетворенно крякнул и после стопочки и лимона изрек, обращаясь ко мне:
– А вы гурман, батенька, что-то в этом есть! Очень неплохо!
– Ну, спасибо, дружище. Хоть что-то приличное от Вас услышал в свой адрес. Уже веселее, чем ”Папарацци” или ”Дежурный флюгеровод” , добрые вы мои , мать вашу, – ответил я.

Не давая борщу остыть, принялись за вкусный сытный обед.
Он продолжался спокойно, не спеша, с чувством и расстановкой под порывы ветра, бьющие в стены домика. Попробовали все, что было на столе.

Я налил по третьей стопочке и предложил тост:
– Не пьянки для – здоровья ради. По третьей, и достаточно!
– Легко, – услышал в ответ от обоих своих напарников.

После окончания обеда возник сугубо российский вопрос:
– Что делать дальше?
Ответ нашелся во втором пункте принятой нами резолюции:
«Впадаем в коллективную спячку до наступления более благоприятных условий!» Возражений не последовало.
Последним аргументом в пользу спячки был очередной порыв ветра, который слегка качнул наш домик.

Серега первым начал выполнять принятое решение. Он тихо вернулся к себе на лежанку, сладко потянулся и сказал, обращаясь ко мне:
– Серега, я уже два дня вообще не отвечаю на телефонные звонки. По-моему, мы где-то уже не дома и не на работе, где-то вблизи от нирваны!

В ответ от меня он услышал:
– Назло врагам и недругам мы там будем. Нам Дед поможет!
Затем на лежанке растянулся Володя и довольно закряхтел.

Мне, как последнему, оставшемуся на ногах, ничего другого не оставалось, как убрать со стола и перемыть посуду, подбросить сырых дров в печку и тоже залечь на лежанке.

Часов в 14 команда дружно залегла в спячку. Вскоре из Серегиного угла послышалось довольное сопение, переходящее в храп. И тут же его поддержал Володя. Пурга продолжалась.

Часов в 18 я проснулся оттого, что Володя подкидывал дровец в печку. Пурга активно забирала тепло из домика. Печка, как всегда, приняла свою дровяную дань и затрещала в знак благодарности. Её война с пургой продолжалась. Благо печка воевала на нашей стороне.

С Серегиной стороны раздавалось мирное сопение хорошо отдыхающего человека. Володя, бормоча себе под нос явно что-то недоброе, торопливо надевал теплую одежду и обувь, собираясь на улицу.
– Уважаемый, куда тебя несет, там же творится чёрт знает что, – шепотом спросил я Володю без всякого намека на прикол.

Володя молча вышел на улицу. В открывшуюся дверь ворвался снежный вихрь, который быстро утих в тепле, после того как Володя закрыл дверь с другой стороны. Вернулся Володя в общем-то не очень скоро. Настроение у него, несмотря на пребывание на улице, стало гораздо лучше.
– Уважаемый, чего это Вы светитесь, как зад при луне? По всей видимости, у вас сегодня праздник, не так ли? – лукаво спросил я Володю.
– Скажите, пожалуйста, какую площадь окрестной тундры вы заминировали? – отметил Серега свое пробуждение, обращаясь к Володе.

Несмотря на подкол, Володина улыбка не оставляла никаких надежд на то, что он хотя бы немного смутится.
– С облегчением Вас, дружище, – присоединился я к Серегиной подначке.
– Злые Вы, но от Вас уходить не буду. Не дождетесь! Мне так стало здорово, что даже пива захотелось, – подвел итог пикировке Володя.
– Ну вот, опять пить! – с поддельным сожалением сказал Серега.
– Ну, если только пивка с кижучем. А вообще, не только хорошо сидим, но и лежим. Мужики, ни у кого не возникает желания нарушить П. 2 резолюции митинга? Предлагаю по пивку и продолжить спячку, так как улучшения климатических условий не наблюдается, – поддержал я Володину идею.
– Да уж, с климатом у нас пока хреново. Могу засвидетельствовать со всей ответственностью, – добавил Володя.
Дружно собрались за столом, порезали кижуча, налили по кружке пивка. Пивко пошло хорошо и душевно под непрекращающийся гул ветра. Ни у кого не возникло желания заполировать все это водочкой или перцовкой. За неспешной беседой время пролетело быстро. Говорили о многом, но все же больше о том, насколько точным окажется Интернет- метеопрогноз. Пока оправдывается на все 100 процентов.
– Мужики, кто-нибудь из вас припоминает, когда он мог себе позволить расслабиться таким образом? – спросил Серега.

В ответ он мог услышать только паузу, так как ничего подобного за последние полгода никто из присутствующих припомнить не смог.
– Так давайте пользоваться этим моментом по полной программе! Даешь полную расслабуху в нашей берлоге с продолжением спячки, – предложил я.

Возражений не последовало, и около 21 часа все три обитателя нашей берлоги мирно спали под гул ветра, собственный храп и потрескивание печки. Мы активно размагничивались от всего, чем нас награждает цивилизация.

Ночью дрова в печку подбрасывали по очереди ровно три раза в строгом соответствии с количеством обитателей берлоги.

Пуржило смачно, с завыванием ветра в верхушках стоящих рядом деревьев. Спалось под все это просто изумительно. Что мы и делали с непередаваемым удовольствием.

03.05.07.

Утром первым проснулся Серега около девяти часов утра. Первое, что он сделал, – подбросил дров в печь и забрякал чайником на печке.

Володя продолжал дрыхнуть, не обращая внимания ни на нас, ни на происходящее за стенками домика.
А на происходящем стоило остановиться особо. Признаков улучшения погоды явно не наблюдалось, снег пошел более плотно, ветер еще усилился. Желания высовывать нос на улицу это не добавило.

Серега открыл дверь, недовольно засопел, глядя на происходящее на улице.
– Серега, посмотри, как вашим профилям достается на ветру. И самое обидное, что вся трава, нарезанная и использованная на маскировку скрадка, уже полностью выдута ветром. Придется вам все делать заново, – с сочувствием сказал Серега.
– Никуда не денешься, после окончания этого безобразия снова займемся сенозаготовками, – ответил я.

В открытую дверь был виден ближний скрадок, который мы с Володей полностью оборудовали. Оторвавшись от каркаса, маскировочная сетка реяла как флаг на ветру. Установленные ранее профиля стоически выдерживали ветер, за исключением одного или двух.
– А до окончания этого безобразия придется кому-то волочься к скрадку и снять сетку с каркаса. Иначе порвет. Да и воды принести нужно. В бадье пусто, – размышлял я вслух.
– Ну вот, как всегда, пришел Пьеро и все опошлил. От вас, Чубайсов, ничего приличного не услышишь. Здесь так тепло и не сыро, что аж на улицу не хочется, – подал голос с лежанки Володя.
– Черт с тобой, дрыхни. Мы с Серегой сходим, – незлобно огрызнулся я.

Сказано – сделано. Быстро одевшись, мы с Серегой взяли нашу бадейку, большую кружку и вышли на неприветливую улицу.

Ветер со снегом ударил в лицо. Воды набрали быстро, принесли бак вдвоем, решили оберечь уже сорванные ранее спины. Серега нес бак левой рукой, берег правую.
– Ну что, не видать там еще Красной Армии? – спросил Володя, не вылезая из-под одеяла.

На его лице гуляла умиленная улыбка человека, довольного жизнью во всех отношениях.
– Там только быстро летающие белые мухи. Глянуть не желаете? – получил он от меня ответ.
– Не-а! Здесь лучше! Тепло и не дует, – продолжал дурачиться Володя.

Не ломая Володе кайф, пошел к скрадку, снял с каркаса сетку, свернул, увязал в рулон и оставил прямо в нем. Не вечно же продолжаться этому безобразию, скоро придется все переделывать вновь. Желания без крайней необходимости торчать на ветру не наблюдалось, и я резво двинулся назад в домик.

Там царила идиллия. Тепло, светло и не дует. Володя так и не вылез из-под одеяла, взирал на происходящее с чувством некой отстраненности от всего, продолжая с полузакрытыми глазами мучить лежанку.

Открыв один глаз, он выдал:
– Серега, а Вам не кажется, что два благородных Дона хотели бы принять по хорошей стопочке перед завтраком?

Быстро сориентировавшись, я язвительно заметил:
– Знавал я двух благородных Донов. Одного звали Дон Педро, другого Дон Падла. Как мне кажется, нормальные бразильские имена. Выбирайте, кто кем из Вас будет. Вообще, вероятно, придется переименовать Вашу заимку на Эльгенке в «Педропадловскую».

Выдержав небольшую паузу, добавил:
– Это вам за Чубайса!
Воцарилась небольшая пауза. Володя даже открыл от удивления второй глаз. Серега с трудом сдерживал смех.

Буквально спустя секунды раздался здоровый хохот моих напарников. Прикол был оценен по достоинству, и за все время пребывания на Ланковой он периодически всплывал в разных ситуациях, неизменно вызывая улыбки.
Быстро собрав на стол все необходимое до готовности картошки, мы дружно присели за столик.

Пожелание благородного Дона сбылось: холодное пиво с кижучем присутствовало вместе с соленой селедкой. Но вот сварилась картошка, на столе появилась недопитая бутылка «Перцовки». Традиционные по три стопочки с хорошей закуской сделали свое дело. Все обитатели берлоги вновь находились в состоянии сытой акулы, желающей поспать.

– Ну что, золотая рота, будем опять лежа преодолевать трудности? – лукаво предложил Серега.
– Разница только в одном, как мы будем их преодолевать: воронкой кверху, воронкой книзу или на боку, – добавил Володя.
– Еще дня три такого преодоления трудностей может привести к тому, что передвигаться по лежанке сможем только перекатываясь, – поддержал я Володю.

Решение, принятое 01.05.07, а именно П. 2, выполнялось нами жестко. После уборки посуды, подкормки дровами нашей основной боевой единицы в борьбе с пургой мы опять завалились спать. Перед тем как уснуть, из Серегина угла я услышал:

– Мужики, в нормальной жизни вы сможете спать так, как здесь? Случай работы в пожарной охране не обсуждается.
Фраза повисла в воздухе на какое-то время. Затем с мудростью старой росомахи Володя изрек:
– Лови момент, другого такого долго не будет!

– А вот это мудро. Только благородный Дон может до этого додуматься, – подначил я Володю.

Вроде бы ничего особенного не несущие фразы отражали настроение обитателей берлоги. Неожиданно представившаяся возможность таким образом расслабиться душой и телом воспринимается всеми нами как подарок судьбы. Поэтому мы решили от него не отказываться, а воспользоваться им по полной программе. Здоровый сон опять сморил обитателей берлоги. Размагничивание продолжается.

Весенняя охота на гуся или бегство от себя к себе Часть 1>>>

Весенняя охота на гуся или бегство от себя к себе Часть 2 >>>

 

Adblock
detector