Главная / Статьи / Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата

Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата

Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата

Пока с радикальным ваххабизмом борются на Северном Кавказе, он вовсю проникает в самое сердце России – в Поволжье. Происходящее в Татарстане и Башкирии можно назвать процессом кавказизации центра России. Татарские националисты и «белоленточные» оппозиционеры поддерживают ваххабитов. «Диалог с ваххабитами в принципе невозможен»,  говорит татарский муфтий Фарид Салман.

Странная тишина

Его убили 19 июля в стиле «лихих девяностых» средь бела дня. В богатом и набожном городе Казань. Киллер дождался в подъезде и всадил в него шесть пуль. Имам Валиулла Якупов, красивый сильный мужчина, человек огромного ума и обаяния, был не просто одаренным проповедником ислама, а российским государственником и патриотом. Мы познакомились с ним чуть больше года назад в самый разгар его личной борьбы с ваххабизмом. Он знал, что муфтиев на российских просторах стреляют, как зайцев.

За последние годы свыше 50 имамов погибли на глазах прихожан от рук убийц. И нужно быть очень храбрым и преданным Богу человеком, чтобы не уклониться от столь опасного призвания. (Недаром Якупова посмертно наградили орденом Мужества.)

Через час после убийства Валиуллы взорвался автомобиль муфтия Татарстана Ильдуса Файзова. Он чудом спасся, выпрыгнув из машины в последний момент и сломав ногу. Я запомнила его непреклонное лицо при нашей последней встрече: «Если меня выберут муфтием Татарстана, я эту змею ваххабизма буду душить руками – медленно, но верно». Но змея оказалась скользкой, гибкой, увертливой, и первой нанесла смертельный удар. Уже через несколько дней после теракта в Интернете появился ролик, в котором «моджахеды Татарстана» доходчиво объясняли правоверным, почему они решили убить «врагов Аллаха Файзова и Якупова».

Странная тишина стоит по этому поводу в Татарстане. Мертвая тишина. Прячутся от журналистов чиновники. Выключены мобильные телефоны духовенства. Любые разговоры на тему двойного теракта вызывают нескрываемое раздражение: «Опять вы о теракте?! Ну сколько можно! Что, других тем нет?»

 Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата
Митинг в Казани против того, чтобы среди ваххабитов искали убийц пророссийского имама. На этом митинге запретили поднимать флаги России и Татарстана. Только флажки с арабской вязью.

Кавказ приходит на Волгу

Трагедия в процветающей республике готовилась давно. «Я ведь предупреждал! Разъяснял! Бил тревогу! Писал о том, что ваххабизм проник в самое сердце России – в Поволжье, а меня обвиняли в паникерстве». У татарского политолога Раиса Сулейманова вид отчаявшийся и затравленный. Он устал от телефонных угроз в свой адрес. От вечной тревоги за родителей. Ваххабиты давно внесли его в черный список. «Дописался!» – шипят ему в след.

– Кавказ пришел в Поволжье еще несколько лет назад, – рассказывает Раис Сулейманов. – Происходящее в Татарстане и Башкирии можно назвать процессом кавказизации центра России. Местные ваххабиты начинают копировать опыт своих северокавказских «коллег». Первое: это активная проповедническая работа в основном с радикально настроенной молодежью, которая обладает юношеским максимализмом. Второе: попытка создать лесное подполье.

– Но у вас и лесов-то нет, – замечаю я.

– На юге Татарстана и особенно в соседней Башкирии есть лесистая и гористая местность, где можно укрыться. Для ваххабитов административных границ не существует. В наших условиях делается упор на создание городской партизанской герильи, которая запугивает традиционное духовенство путем терактов. И третье: идет активная религиозная миграция кавказцев в Поволжье. Переезжают с Северного Кавказа именно «лесные» или люди, связанные с ними. Почему? В прошлом году Доку Умаров, лидер ваххабитского виртуального государства Имарат Кавказ, опубликовал фетву, что татар надо поднимать на джихад. Пора, мол, фронт вынести за пределы Кавказа. Он призвал моджахедов осуществить хиджру (переселение) в «вилает Идель-Урал». «Лесным» идея пришлась по душе. Ваххабитов здесь не прессуют. Прекрасные условия. На людей религиозных смотрят с почтением, в различия и тонкости не вникают. Молится человек, ну и отлично. Здесь «лесные» начинают проповедовать в мечетях и женятся на местных татарках, которые обычно становятся вторыми женами.

Субкультура джихада стремительно входит в моду в волжских городах. Молодые люди слушают известного чеченского барда Тимура Муцураева, который, кстати, поет на русском. Его часто называют Высоцким ваххабизма. Это такой исламский шансон – описание мученичества моджахедов, подвиги шахидов, романтика подполья. Модным считается кавказский стиль поведения – агрессия, нахрапистость, вызывающая резкость манер. Доходит до смешного: татары учатся танцевать лезгинку!

Бурно развивается мусульманская инфраструктура в Татарстане.

– Я мусульманин и сам сторонник того, чтобы продавали халяльную пищу, – говорит муфтий Фарид Салман. – Но у нас дело доходит до маразма. Мусульманское такси, мусульманские парикмахерские и стоматологии. В сущности, это попытка закрыться. Мусульмане нового поколения хотят обособиться от общества и практически создают мусульманское гетто. Это большая ошибка, и недопустимо с точки зрения канонов.

– Посмотрите, сколько сейчас на улицах Казани девчонок в хиджабах! – говорит социолог Владимир Беляев. – А ведь татарки никогда не носили хиджаб. Женщины в возрасте повязывали косынку сзади, так, чтобы видны были дорогие серьги. А хиджаб – это чистый шариат. Объясняю: в исламе есть шариат (письменное право) и адат (устное право). Шариат – это единая для всех мусульман форма отношений, свод жестких правил. Шаг вправо, шаг влево – считается побег. Адат, напротив, очень гибок, у каждого народа он свой и потому неписаный. Он может от века к веку меняться. Ваххабиты не признают адат, поскольку не признают этнос и этнические особенности вообще. Расцвет ваххабизма в Татарстане неизбежно приведет к гибели татарской самобытности.

Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата
Татарки-мусульманки согласно обычаям носят платки, завязанные сзади в пучок и оставляющие напоказ дорогие серьги. Но сегодня в Татарстане все больше женщин в глухих хиджабах.

Мода на шариат проникла в самые разные слои общества. Но особенную популярность шариат обрел в криминальной среде.

Ставка на бандитизм

Ваххабизм – вампирская система, которая питается молодой кровью. Она опирается на дерзких, рисковых, томимых жаждой действия, пусть даже преступного. На тех, кого в Казани еще со времен перестройки называют гопниками.

– Помните, как газеты кричали о «казанском феномене»? – говорит журналист Алексей Демин. – Казанская молодежь тогда ездила в Москву просто подраться. Гопник – это пацан, который бегает с монтировкой и плюет сквозь зубы. Мелкая уголовная шушера. Но может вырасти и в крупную.

– Когда религиозные экстремисты (вроде членов движения «Хизб ут-Тахрир») попадают на зону, они начинают там вести идеологическую пропаганду, – рассказывает политолог Раис Сулейманов. – Сажаем, одного фундаменталиста, а через пару лет получаем еще десяток – из обычных бытовых уголовников. А когда ваххабиты выходят на волю, они в глазах молодежи выглядят, как в глазах дворовой шпаны семидесятых выглядели уголовники с наколками в авторитете. Человек сидел за веру! Романтика! «Выпускники» таких тюремных духовных «школ» обычно берутся за религиозный рэкет. В 90-е годы по рынкам ходили братки и собирали дань по принципу «дай денег, потому что они у тебя есть». Сейчас все умнее и тоньше. Подходят к торговцам-мусульманам и требуют заплатить закят (налог) на джихад. А если он не мусульманин, а русский или армянин, то вымогают джизью (налог для неверных). Необязательно просить денег, можно потребовать услуги. Посылаешь крупному чиновнику или предпринимателю видеодиск, а там сидит моджахед весь в черном, как ангел смерти, и говорит: я знаю твой домашний адрес, твой сын ходит в такую-то школу, а дочка – в такой-то детсад. Тебя Аллах покарает, если ты нам не заплатишь. Или, к примеру: ты должен не трогать наших людей, не шерстить нашу мечеть и так далее.

Был у нас такой идеолог тюремного джихада Марат Кудакаев. Работал в ДУМе (Духовном управлении мусульман) Татарстана при прежнем муфтии Гусмане Исхакове. Отвечал за работу с заключенными тюрем и колоний. Он придерживался тех взглядов, что, мол, спокойные благополучные татары на джихад не пойдут, а вот зеки – это авангард, который решится. Братки, они более смелые, готовы убивать, знают, как пользоваться оружием. Вот они-то и помогут построить в Татарстане халифат. Надзиратели ничего не понимали. Ну пришел имам про нравственность с зеками поговорить. Восемь (!) лет Кудакаев распространял ваххабитскую заразу. Новый муфтий Ильдус Файзов (которого в июле пытались взорвать) его выгнал. Проверили все библиотеки в тюремных мечетях, а там сплошь ваххабитская литература. Нет, книжки не называются «Убей неверного!». У них вполне безобидные названия – «Личность мусульманина» или «200 вопросов об исламе». А вот содержание! К примеру, в нижнекамском медресе «Рисаль», готовившем будущих имамов, изъяли учебники из Саудовской Аравии, в которых учили практике телесных наказаний худуд – как отрубать руки и ноги тем, кто нарушает шариат, как побивать камнями неверных жен.

– Наши знаменитые казанские группировки (смешанные, русско-татарские) отсидели, вышли и сразу рванули в мечеть, – говорит философ Рафаэль Хакимов. – Ваххабизм им родной по принципу свой-чужой, одинаковому для скинхедов, мафии, моджахедов. Есть только мы, а остальные – не люди. Бандитам комфортно в этой идеологии. Аллах акбар! и «калашников», а Коран-то побоку! Ваххабизм подает себя как чистое и простое учение. Все другие – ненастоящие. А значит, надо убивать.

Идеологический враг России

Двуполярный мир эпохи холодной войны (СССР и США) был прост и ясен. Есть черное и белое, враги и друзья. Многополярный мир умножает количество врагов. И самая страшная ошибка – неумение вовремя их распознать и определить. Дьявольские ветры десятилетиями дуют с Аравийского полуострова, из богатейшей страны, узурпировавшей главные мусульманские святыни – Мекку и Медину. Вихри ваххабизма, невидимые, как смерч, всасывающие в себя и лишающие рассудка. Саудовская Аравия воевала против Советского Союза на стороне афганских моджахедов. После распада СССР саудиты продолжили войну на ином фронте – идеологическом. Была поставлена сверхзадача – всеми силами распространить ваххабизм на территории России и превратить российских мусульман в пятую колонну. Цель грандиозна – построение всемирного халифата.

Убитый имам Валиулла Якупов называл ислам ахиллесовой пятой России. «Двадцать миллионов мусульман в стране! Представляете, какой огромный ресурс?! – говорил он мне. – И на кого он будет ориентироваться – на иностранное государство или на собственное? Нас хотят превратить в саудовских прихвостней. Ваххабизм – это религиозное мошенничество на доверии. Ваххабиты твердят о возврате в мифическое религиозное прошлое. Мы видим в Саудовской Аравии лицемерное насильственное восхищение ваххабизмом, за его неприятие могут и голову на стадионе отрубить. На нашу землю пришел глобальный «зеленый интернационал», который борется с национальным вариантом ислама и не признает государственных границ. Два десятилетия наши мусульмане жили духовно перехваченными и ориентированными на заграницу!»

Одним из инструментов психологической обработки является хадж. Саудовская Аравия может принять до двух миллионов паломников в год, и каждому государству выделяется определенное количество квот (на Россию – 20 тысяч). Специальный совет по делам хаджа распределяет квоты по регионам в зависимости от количества мечетей. Далее квоты передаются туристической фирме.

– В Татарстане хаджем занимался туроператор «Идель хадж», – рассказывает эксперт Раис Сулейманов. – Каждый год от республики в Саудовскую Аравию отправляется около тысячи человек. Большинство паломников едут в Мекку автобусом: 18 суток в один конец и 18 суток обратно. Так дешевле. На переднем сиденье вместо гида сидит ваххабитский проповедник и читает проповеди на разные темы. Еще их по вечерам в Мекке собирают на духовные беседы.

– Значит, им в одну сторону промывают мозги 18 суток, а потому в другую, – резюмирую я. – То есть поехали в хадж сотни добропорядочных граждан, а вернулись зомби с ваххабитскими тараканами в голове?

– Точно. Это такое нейролингвистическое программирование. Люди ведь не в обычную турпоездку едут. Они духовно настроены на преображение. Новый муфтий Файзов выдвинул условие: убирайте ваххабитского проповедника, сажайте нашего. «Идель хадж» пошел в отказ. Еще бы! Их саудовцы подмасливали. Файзов создал официального туроператора от ДУМа и передал ему квоты. А сейчас в медиа вбрасываются грязные версии, мол, муфтия взорвали из-за денег. На деле идет жесткое идеологическое противостояние.

– Во время хаджа человек расслабляется, и его легко посадить на крючок, – говорит ректор Исламского университета Рафик Мухаметшин. – И едут люди непростые, богатые. Хадж стоит 120 тысяч рублей да плюс деньги на жизнь. Бабуля восьмидесятилетняя такую поездку себе позволить не может. Едут бизнесмены, чиновники. Ваххабиты всегда работают точечно, целенаправленно. Они втираются в доверие к важным лицам. Сядут поближе, разговорятся, подберут им индивидуального гида в Мекке. И все: человек проглотил наживку.

– Ваххабиты – замечательные политработники, – говорит муфтий Фарид Салман. – Они отравляют татарское население. Набережные Челны, Нижнекамск, Альметьевск – родовые гнезда ваххабитов. Были такие в мечетях в Набережных Челнах, кто в день терактов ликовал, что двух «врагов ислама» уничтожили. А несколько имамов этого города сознались спецслужбам, что они ежемесячно поставляли информацию посольству Саудовской Аравии в Москве. Обещали больше так не делать. Но давайте называть вещи своими именами. Это шпионаж! Саудовская Аравия и Катар – спичечный коробок на нефтяном Аравийском полуострове. Я надеюсь, что Господь их покарает за то, что они развязали войны в Сирии, Ливии, Йемене и Египте. Я знаю, как в Ливии ваххабиты уничтожали места захоронений святых старцев (с их точки зрения, поклонение могилам – это язычество), как вытаскивали их бренные тела из могил, как сжигались бесценные рукописи. А что ваххабиты сделали на севере Мали, разрушив уникальные мечети и гробницы? Они уничтожили не просто памятники с человеческой точки зрения, но и ворота, которые с сакральной точки зрения нельзя было открывать. Согласно преданию они открыли ящик Пандоры, и теперь все беды и несчастья вырвались на волю. Нам придется заново затевать перестройку, только не советскую, а российскую религиозную.

Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата
Этот кадр сделан не в Арабских Эмиратах. Это нынешняя Казань и татарские женщины, которых активно приучают к хиджабам и арабской вязи вместо родного языка.

Кто такие ваххабиты

Сами себя ваххабиты называют сторонниками «чистого ислама». Они отрицают нации, государства (кроме будущего всемирного халифата), традиции и даже неизбежные временные изменения. С точки зрения этих ревнителей седой старины лучшее время на земле – седьмой век. А следовательно, мы все должны вернуться к истокам. Назад! К первозданной глине!

Они не признают тонкостей, нюансов, деталей, различий. Всех нужно привести к одному знаменателю. Мышление для ваххабитов прежде всего акт нападения. Мыслить – значит, атаковать другого. Мысль должна завладеть этим другим, хочет он этого или не хочет. Типично высказывание бен Ладена: «Я распространю ислам любовью или силой». Зачарованные и опьяненные своей догматической твердостью, ваххабиты всякое инакомыслие считают преступлением. Их молитвы звучат с суровостью проклятия.

– Ваххабизм – это примитивная узколобая трактовка Корана и полное отсечение многовековых традиций, – говорит ректор Исламского университета Рафик Мухаметшин. – Ислам ведь не только догмы, но и высокая культура. В VIII веке ислам вышел за пределы арабского мира и внедрился в Сасанидский Иран, величайшую цивилизацию того времени. Ислам же не уничтожил эту цивилизацию, а лишь распространил внутри нее свои принципы. И не случайно с VII по X век ислам становится мировой религией. Он завоевывает страну за страной и вбирает в себя все богатство других культур. Три века шел процесс формирования единой исламской цивилизации, очень гибкой по своей структуре. А теперь ваххабиты твердят, что всю эту цивилизацию надо уничтожить и вернуться ко временам пророка Мухаммеда. Нам в Татарстан это кондово-салафитское мировоззрение завозят из Саудовской Аравии. Каждый год туда отправляются учиться сразу после школы молодые люди, избравшие религиозную стезю. Там их воспитывают в условиях моноконфессионального сообщества. Потом они возвращаются на родину, где совсем другая ситуация: мусульмане мирно соседствуют с христианами, иудеями и просто атеистами. Даже в татарских семьях родители не читают намаз. Эта воспитанная в саудовском духе молодежь теряет уважение к родителям и отказывается есть с ними за одним столом. Мол, это кяфиры – неверные.

– Но как же так?! – удивляюсь я. – В Коране важный принцип – любовь и уважение к родителям.

– Да, но их учат почитать только родителей-мусульман. Наши многовековые ценности, уважение к старшим, почитание предков и святынь – все пропадает. Они приезжают в татарское село, а там сидит старичок бабай, местный имам, который даже арабского не знает, но зато он носитель татарских ханафитских традиций. Эти юнцы бабая глубоко презирают. Им свойственно пренебрежение к своим корням. Почему? Потому что для ваххабитов нет патриотизма и нет родины.

– Ваххабизм часто называют исламским протестантизмом, но это ошибка, – говорит социолог Владимир Беляев. – Протестантизм признавал приоритет личности над государством. А в ваххабизме личность, вся ее жизнь подчинены умме (мусульманской общине). Умма гораздо выше, чем жизнь одного человека. Сутью протестантской Реформации было освобождение от трех феодальных безобразий – самодержавия, власти церкви и крепостного права. Люди стали читать Библию на родном языке. Это сбрасывание пут! В ваххабизме все наоборот. Все на арабском языке. Сверхидея – объединить мусульман. Но на основе не освобождения личности, а полном ее закрепощении. Реформация – это движение вперед. Ваххабизм – это клич «Назад!».

Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата
Рустам Сафин – имам мечети, которая в аналитических сводках числится ваххабитской, – убеждает татар, что они будут счастливы только при шариате.

Как сдали «Кул Шариф»

О сращивании чиновничьего аппарата с фундаменталистами впервые заговорил убитый имам Валиулла Якупов. «Ваххабизм всегда приходит сверху, – заявлял он. – Те, кто взорвал самолеты в Нью-Йорке, были детьми миллионеров. Салафиты никогда не работают среди бомжей и нищих, только среди чиновников, бизнесменов и образованных людей. Они захватывают власть, а потом всех принуждают. В Дагестане и Татарстане ваххабизм пробивал себе дорогу как инициатива чиновников – по невежеству, за деньги или позже по убеждению».

Весной этого года в Казани сложилась невозможная обстановка. Главную татарскую мечеть «Кул Шариф» (достопримечательность Казанского кремля) уже много лет возглавлял имам-салафит Рамиль Юнусов. По местному кремлю совершенно свободно бродили бородатые ваххабиты. Юнусов пять лет обучался в Саудовской Аравии и трижды организовывал визиты в Татарстан Ахмада Фарида Мустафы, одного из лидеров саудовских моджахедов, воевавших против советских войск в Афганистане.

Новый муфтий Татарстана Ильдус Файзов (его автомобиль подорвали 19 июля) взялся за расчистку авгиевых конюшен ваххабизма, и первым в списке стоял «Кул Шариф». В начале апреля Файзов объявил, что соборная мечеть «Кул Шариф» отныне входит в юрисдикцию муфтията, он сам как муфтий становится ее имамом.

– Что тут началось! По призыву Юнусова со всего Татарстана съехались сотни фундаменталистов, – говорит политолог Раис Сулейманов. – Их поддержали местные сепаратисты, которые считают Файзова пророссийским муфтием. А он и в самом деле выступает за сильную Россию. Чиновники, видимо, испугались, что здесь устроят аналог площади Тахрир. Словом, власти попросили муфтия мечеть сдать. Давайте, мол, не будем накалять обстановку. В пятницу, 6 апреля, в «Кул Шарифе», этом бастионе ваххабизма, собрались полторы тысячи бородатых бен ладенов. Заходит муфтий. Вой! Рев! Проклятия! А-а, кяфир (неверный)! Тут Юнусов им с улыбочкой: «Что вы так переживаете? Пришел муфтий с хорошей новостью». Муфтий проходит к кафедре и говорит: имамом мечети остается Юнусов. Унизительная акция. Проиграли те, кто стоял на стороне государства. Ваххабиты восприняли сдачу «Кул Шарифа» как свою победу. 

Нежданные союзники

После терактов 19 июля в Татарстане начались задержания. Что логично. Других методов быстрого ведения следствия, кроме ареста и допроса, еще не придумано. Ваххабиты подняли страшный крик: «Репрессии против мусульман! Все на защиту жертв российского беззакония!»

К делу подключились татарские националисты (воспитанники тех, кто в перестройку требовал отправлять в крематорий всех детей от смешанных русско-татарских браков) и «белоленточные» оппозиционеры. Из Москвы 12 августа прискакал Сергей Удальцов «поднимать народ». Когда на митинге журналисты спросили Удальцова, сознает ли он, что оказался в компании татарских националистов и исламских фундаменталистов, Удальцов ответил, что у него «нет предубеждений». Что это, мол, «необходимо консолидировать все оппозиционные силы, которые способствуют ослаблению правящего режима».

– Наши оппозиционеры заигрались! – Социолог Владимир Беляев, демократ, либерал, защитник прав человека, в большом волнении. – Нельзя в борьбе с серыми объединяться с черными! «Белоленточные» твердят: надо всем объединиться против власти, а после победы будем разбираться и полемизировать. Это с кем? Как они будут полемизировать с убийцами?

– Меня пугает то, что ваххабиты сейчас ловко используют «права человека», – замечаю я. – Можно представить, что они с этими правами человека сделают, когда придут к власти. Они сейчас создают блок с демократами, а потом их же поставят к стенке.

– Конечно! Это логика революций. Если революция в России и в самом деле произойдет, то в ней победят более радикальные и безапелляционные. Те, кто готов на все и не способен к компромиссу. Закон «Революция пожирает своих детей» еще никто не отменял. Мягкотелых либералов фундаменталисты сожрут не глядя.

– Посмотрите, как англичане с их правами человека проиграли битву с имамом мечети Финсбери-парк Абу-Хамза, – говорит муфтий Фарид Салман. – Это такой монстр, настоящий Фредди Крюгер. Лишился глаза и обеих рук в Афганистане. Вместо рук – металлические крюки. Сидел в мечети в центре Лондона и твердил, что английская королева – безбожница и ее надо убить. И что? Правосудие много лет пытается выдворить его из страны, но он женился на англичанке и получил британское гражданство. И все! С ним ничего не могут сделать! А наши татарские дурачки-националисты не понимают, что с точки зрения ваххабизма национализм – страшный грех. Если ваххабиты, упаси боже, достигнут прогресса в своих начинаниях, они националистов повесят на первом суку!

– Да, мы совершили политическую ошибку, – с угрюмым вызовом в голосе говорит лидер движения татарских националистов «Азатлык» Наиль Набиуллин. – Я же не знал! Пришли ко мне люди из мечети «Аль-Ихлас», говорят: давай митинг совместный организуем против незаконных арестов мусульман. Мне идея понравилась. Они со мной по-татарски разговаривали. У меня никаких подозрений не возникло. 5 августа за два часа до митинга меня пригласили в мечеть и говорят: мы все решили, флаги Татарстана или России поднимать нельзя. Это кяфирское государство и противоречит исламу. Я – им: вы чего, с ума сошли? Мы же националисты! И потом: вы называете Россию государством неверных, а сами Путину письма пишете с жалобами? Мы с ребятами посоветовались и натянули на себя флаги Татарстана. И прямо на митинге произошла стычка. Они вообще митинг разделили на две части: на мужчин и женщин. Ерунда какая-то! Я вообще выступаю за светскую власть, за отделение религии от государства. И я понял, что они нас просто хотели использовать. У национального движения богатый опыт организации демонстраций, а ваххабиты пока не знают, как проводить массовые акции протеста. И потом: эти их разговоры по созданию халифата. Да не хочу я жить под арабским халифатом! Ваххабиты выступают за стирание внешних границ. Они – сторонники интернационального космополитического ислама. Какой будет язык в халифате? Арабский! Тогда татарскому хана! 

– А чего Удальцов к вам приезжал?

– Он просто ездит по городам и пытается подтянуть народ. А мы демократические движения поддерживаем. У нас есть свои требования к федеральному центру. И при невыполнении Россией наших требований мы имеем право на независимое государство Татарстан. Это наше мнение.

Ваххабиты пытаются превратить Татарстан в часть арабского халифата
После того как полиция Татарстана начала задерживать подозреваемых в покушении на пророссийских имама и муфтия, сторонники «чистого ислама» вышли на митинги против своего «притеснения».

«Мы принадлежим только Богу!»

Имам Рустам Сафин с гордостью показывает мне казанскую мечеть «Аль-Ихлас», переделанную из котельной.

– Эта мечеть войдет в историю, – говорит он. – Когда государство нам не помогало, мусульмане строили из бывших детсадов и котельных объекты поклонения Богу.

Сафин называет себя сторонником «чистого ислама», а мечеть в аналитических сводках числится ваххабитской. По мнению имама, убийство заместителя муфтия Валиуллы Якупова могли осуществить только спецслужбы. (Версия о вездесущей руке «кровавой гэбни», осуществляющей теракты, – самая популярная в Татарстане.)

– Но зачем же ФСБ убивать двух муфтиев-государственников, борющихся за крепкую единую Россию? – спрашиваю я.

– Чтобы создать в Татарстане нестабильную обстановку.

– Но нестабильность в Татарстане, в самом сердце России, повлечет за собой хаос в соседних республиках. А хаос чреват распадом государства! – возражаю я.

– Спецслужбы видят, что происходят арабские революции. Их беспокоит консолидация исламских стран и возможность создания халифата, в том числе на территории России.

– А что для вас первично: вы – мусульманин или россиянин?

– Естественно, я – мусульманин. Я несу ответственность перед Всевышним.

– Но вы россиянин?!

– Повторяю, я мусульманин. И я обязан Богу.

– А государству вы чем-то обязаны?

– А чем я ему обязан? Я здесь живу. Только и всего. Да, есть определенные законы, которым я вынужден подчиняться. К примеру, я сейчас пойду на допрос в прокуратуру. Мы живем во времена невежества, в которых жил пророк. Ни Путин, ни прокуроры не могут перестроить порочное общество. И только система шариата может решить его проблемы.

– Чьи же законы вы соблюдаете? Российского государства или шариата?

– Я не отрицаю объективную реальность. Я вынужден подчиняться российским законам. Но они же не вечны. Они будут меняться. И мы будем призывать людей к исламу. Любой мусульманин, естественно, хочет жить при шариате. И будет лицемер тот мусульманин, который говорит, что этого не хочет.

– Но Россия – светское государство, и я, как христианка, не желаю жить по законам шариата!

Крик из толпы почитателей: «Потому что вы не знаете, как прекрасно исламское государство!»

– Почему вы запретили поднимать флаги Татарстана и России на демонстрации? – спрашиваю я имама Сафина.

– Потому что они не являются исламской символикой, а мы пришли на демонстрацию как мусульмане, которых притесняет Россия.

Крики фанатиков из толпы: «Флаг России не соответствует исламу, вот мы его и запретили!», «Под вашим флагом никто из мусульман стоять не будет!».

Сафин (с холодным упорством):

– Я с ними солидарен.

– Диалог с ваххабитами в принципе НЕВОЗМОЖЕН, – говорит муфтий Фарид Салман (фундаменталисты трижды выносили ему смертный приговор). – Как учит пример Дагестана, любая попытка диалога кончится тем, что радикалы нас просто сожрут. На Татарстан, сердце России, идет волна бесовщины, и это может стать началом конца. Ваххабиты отрицают время, хотя оно – производное Бога. Время и есть Бог. Нужно встраиваться в него. Здесь и сейчас. И бороться. Или они нас, или мы их. Третьего не дано.

Дарья Асламова, фото: Николай Александров

Другие статьи на эту тему:

Adblock
detector