Главная / Статьи / Якуты: Самые северные скотоводы мира

Якуты: Самые северные скотоводы мира

Якуты: Самые северные скотоводы мира

После войны было принято считать, что якуты занимались только скотоводством и коневодством, а оленеводство является характерной хозяйственной отраслью только малых народностей Севера. На самом деле хозяйство народа саха   является многоукладным комплексным хозяйством, хорошо приспособленным к окружающей северной природе.

Послевоенная советская историческая наука попыталась выстроить идеологическое обоснование политическим репрессиям, проведенным в Якутии в 30-х годах. В это время были отчуждены окраинные земли. Таймыр был передан Красноярскому краю, Аяно-Майский район отдан Хабаровскому краю. Было создано 16 национальных районов с территории которых скотоводческое население выселено в центральные районы. И это послужило причиной голода в Чурапчинском улусе, когда местному населению не дали возможность использовать резервные скотоводческие территории по реке Нотора.

Поэтому после войны были заново пересмотрены вопросы не только исторической науки. По многим вопросам, касающимся культурной, духовной и хозяйственной жизни народа саха были сделаны соответствующие поправки. В том числе и по сельскому хозяйству. Было принято считать, что якуты занимались только скотоводством и коневодством, а оленеводство является характерной хозяйственной отраслью только малых народностей Севера. До сих пор этот тезис сохраняет свою силу.

Если современные ученые признают, что имеются эвенки оленные, конные и скотоводы, то за народом саха оленеводства не оставили. В этом году Оленекский улус стал эвенкийским национальным районом, хотя никакого отношения к эвенкам – маньчжурам население этого улуса не имеет. Хотя об оленекских якутах замечательную книгу написал новосибирский ученый И. Гурвич «Оленные якуты». В этой книге он развил идеи Г.В. Ксенофонтова, который в 1937 году писал: «Так называемые «вилюйские тунгусы» не являются тунгусами в собственном смысле этого слова. Дальше мы доказываем, что вилюйские и оленекские тунгусы составляют основное ядро «северных якутов – оленеводов», которые издревле говорят по-якутски, сами считают себя «якутами» и имеют обычаи и нравы более близкие к якутским, чем к тунгусским». Но книга «Оленные якуты» скорее исключение из общего правила, до сих пор наука продолжает широко использовать неправильные выводы послевоенных историков.

Якуты: Самые северные скотоводы мира

Между тем, историки до войны были более объективными в вопросах культурной и хозяйственной жизни якутов. Так как в это время традиционное хозяйство якутов еще не было разрушено, и некоторые сомнительные даже и сейчас выводы просто не были бы восприняты читающей публикой. Главная задача, которая ставилась в то время перед историками, была критика колониальной политики самодержавия. Поэтому на остальные второстепенные выводы историков, касающиеся культуры и хозяйства народов Якутии, советская власть пока не обращала внимания. Поэтому точка зрения академика С. А. Токарева, изложенная в довоенное время в его книге «Очерк истории якутского народа», по сельскому хозяйству якутов может служить исходной точкой для исправления сделанных позднее поправок: «Самые северные в мире скотоводы, но в то же время рыболовы, охотники и отчасти оленеводы, – так соединяют якуты в своем хозяйственном укладе формы южного и северного хозяйства».

И этот автор там же подчеркнул характерную для якутского оленеводства особенность: «Но разведение оленей для них, как и для других народов таежной полосы, не является основной отраслью хозяйства (как, например, для ненцев и чукчей), а имеет вспомогательное значение: олень для якутов только средство передвижения».

Подтасовку данных для получения необходимых выводов в послевоенной исторической науке можно увидеть на примере Б.О. Долгих, на работу которого до сих пор ссылаются ученые, когда речь заходит о средневековой истории Северо – Востока России. Он знаменит тем, что составил «точную» карту расселения населения региона и об этом событии в Истории Якутской АССР изданной в 1957 году имеются следующие строки: «Советские ученые не раз пытались картографировать расселение якутов в XVII в. Одна такая попытка была сделана И. И. Майновым по имевшимся в его время (1927 г.) материалам. Другая карта была составлена С.А. Токаревым на основании архивных данных, третья – С.И. Боло по историческим преданиям якутов; наконец, наиболее точная карта расселения якутов и их соседей составлена Б.О. Долгих главным образом по данным ясачных книг. По ясачной книге 1648 г. численность якутов определяется приблизительно в 26 тыс. человек».

История Якутской АССР, откуда взята карта Долгих, была издана в 1957 году под редакцией С. А. Токарева. Несмотря на официальный запрет властей, заслуженный академик остался при своем прежнем мнении. В этой же книге на 126 странице напечатана карта Ремезова и написано следующее: «Замечательной сводкой всех географических знаний о Сибири и в том числе Якутии явилась «Чертежная книга Сибири» Семена Ремезова (1698-1700), занявшая особое место в мировой картографической науке. Из русских картографических работ в течение XVII-XVIII вв. черпали сведения европейские авторы – Витзен, Мессершмидт, Страленберг и др. В иностранной литературе и географических картах того времени широко использованы материалы русских землепроходцев о населении Сибири и Якутии, о природных особенностях края».

Замечательные строки, все остальные, в том числе и европейские знаменитости, которые в свое время писали про Якутский край, значит, черпали сведения, а некий Б.О. Долгих не захотел. Но чего не делали в советское время ради научной карьеры. Поэтому карта Б.О. Долгих, составленная в 1952 году на основании изучения ясачных списков зимовий по данным 1648 года, противоречит листу из «Чертежной книги Сибири».

Неправильное расположение Верхневилюйского зимовья, где собирался ясак у племен проживающих в верхнем течении реки Вилюй, позволило Б.О. Долгих составить карту расселения населения Якутии, которая отвечала бы политическому заказу партийной верхушки советского государства. То есть, в это время ученые по заданию партии пытались научно доказать, что народ саха является недавним пришельцем на этой земле. А появление народа саха пытались сдвинуть к XV-XVI в. И проживали, якобы, саха, в основном, только на территории Лено-Амгинского междуречья, поэтому река Вилюй не была заселена ими к появлению русских казаков. Вторым косвенным признаком проведения этой политики является следующая запись в Истории Якутской АССР, которая была издана к 325 летнему юбилею добровольного вхождения Якутии в состав России: «Якуты разводили крупный рогатый скот и лошадей». Про оленеводство, естественно, уже ни слова.

Составлен чертеж С.У. Ремезова по схематичным картам, которые использовали казаки. Карта отражает расселение населения и расположение зимовий на середину 17 века. То есть на ней нарисовано именно то самое расселение племен, которое пытался подправить в угоду политике Б.О Долгих. Казаки в своих чертежах не могли допускать ошибок, от этого могла зависеть жизнь следующих за ними землепроходцев.

Исследователи наследства картографа отмечают, что он и сам лично встречался с казацкими атаманами во время составления своей карты. Узнав, что 16 декабря 1700 г. в Тобольске проездом появился известный землепроходец В. Атласов, С.У. Ремезов немедленно подал челобитную воеводе с просьбой «списать у того пятидесятника скаски, какову он дал в Якуцку о тамошнех краях, где он был».

При таком подходе специалиста к своему делу исключены ошибки. Можно согласиться с мнением: «Сохранившиеся чертежи С. У. Ремезова, уступая в математическом обосновании современным ему западноевропейским картам, а в технике съемок и составления карт работам петровских геодезистов, отразили и донесли до наших дней такое обилие детальных и в большинстве своем достоверных историко-географических сведений о Сибири XVII в., что заслуженно приобрели мировую славу и известность, как выдающийся памятник русской науки и культуры».

Пометки сделанные на карте действительно могут многое объяснить нам, так как несут на себе печать тех времен. Верхневилюйское зимовье располагалось у устья реки Ботуобуя, где в современное время построен город Мирный. И тут же рядом надпись «От Верховилюйского зимовья до Олекминского острога на конях через хребты ездят». И тут же на углу карты запись «От Танарейского зимовья до Верховилюйского зимовья дощениками». А рядом нарисовано озеро и приписка «Озеро с самосадной солью». Несомненно, это Кемпендяйское озеро. Ошибиться после чтения этих пометок в географическом расположении Верхневилюйского зимовья нельзя.

А на месте, где у Б.О. Долгих нарисовано Верхневилюйское зимовье, в современное время расположен улусный центр Верхневилюйск. Эта местность называется Куорамыкы. Селение возникло здесь в начале ХХ века, и там никогда не было зимовья казаков. В середине XIX в., во время путешествия Р. Маака, Верхне-вилюйская инородческая управа была расположена на берегу маленького озера в одной версте от озера Дюллюкю. Ближайшее от Куорамыкы зимовье казаков было в 40 верстах вниз по течению реки Вилюй на речном острове. Там в XVIII веке располагалось некоторое время зимовье Оленское названное по речному острову Олнх. Затем это зимовье, из-за постоянного затопления весенним паводком перенесли вниз по течению со старым названием Оленск. Это современный город Вилюйск.

А причина того, что казаки, которые передвигались в летнее время, используя каюки и дощаники, не встречали на своем пути саха, заключается в способе ведения хозяйства коневодов. В летнее время коневоды верховьев Вилюя бордонцы и джарханцы откочевывали на Лену. Поэтому в своих отписках казаки указывали, что в верхнем и среднем течении реки Вилюя они не встречали конных людей. Кочевали коневоды по реке Сµµнэ. До сих пор этот путь, начало которого отмечено на Ленских скалах рунической надписью, называется джарханский тракт. На карте Ремезова об этом пути коневодов написано: «р. Синяя. По ней живут тунгусы и якуты ясашных волостей».

Якуты: Самые северные скотоводы мира

К приходу первых представителей народа курыкан – предков вилюйских оленеводов саха – тунгусов, Ленскую землю заселяли немногочисленные бродячие самодийские племена – юкагиры, которые занимались оседлым рыболовством. Рыболовство сочеталось у них с охотой. Ездовым животным, которое использовали при редких перекочевках, была собака. Собака является первым животным, который приручил человек. Северную часть Североамериканского континента до сих пор заселяют индейские племена, которые, также как и юкагиры, имеют в качестве ездовых животных собак.

Другим животным, которое помогло осваивать человеку таежное пространство является олень. Но олень также является последним животным, которое приручил человек. Необходимость приручения этого животного было продиктовано экономическими причинами. Степь в это время стала сильно нуждаться в мехах, которые наравне с шелком становились предметом купли и продажи. В могиле хуннского правителя в Ноин Уле вместе с китайским шелком обнаружены полуистлевшие куски иркутского и камчатского соболя, что показывает наличие такого торгового обмена в степях.

Поэтому приручение оленя происходило на краю лесостепи в разных местах от Урала до Тихого океана около 2000 лет назад. При этом использовали навыки, полученные при разведении степных животных. Можно выделить два направления, по которым в последующем развивалось оленеводство. Первое направление – использование оленей как вьючных животных для охотников на пушного зверя. Второе направление разведение оленей как стадных животных. Естественно, второе направление появилось позже.

Доказательством того, что оленные охотники за пушным зверем появились во времена хуннов, показывают археологические находки в Западной Якутии. Все украшения и оружие погребений «оленных якутов» идентичны хуннским. В сочетании с известными фактами об идентичности волос вилюйских якутов с хуннскими и наличием арийского антигена, характерного для народа саха и прибайкальских бурят булагатов, это показывает, что оленные люди – тунгусы Западной Якутии были выходцами из Прибайкалья, в то время входящего в состав хуннских государств, расположенных в Забайкалье.

Хозяйство оленных охотников не могло существовать самостоятельно. Хотя они и существовали за счет охоты и рыболовства, все предметы из железа, рыболовные принадлежности из конского волоса, необходимые для увеличения эффективности рыболовства и охоты эти племена получали в метрополии. Не следует думать, что эти оленные люди перебили всех юкагиров – древних жителей края, которые селились по берегам рек и озер. Столкновения в первобытном обществе обычно происходят при нехватке продуктов питания. Оленные охотники за пушным зверем, которые имели более совершенные орудия труда, чем местные жители, и могли на той же территории прокормить больше человек. Но даже в современное время Якутия мало заселена. 2000 лет назад количество населения могло быть несравнимо меньше. Это и определяло отношение между людьми. Выгоднее было найти общий язык и вести совместное хозяйство, чем воевать. И общим языком в этих случаях становится язык более культурных пришельцев. В якутском языке немного самодийских слов, но на территории Якутии очень много самодийских названий местностей, которые некоторые современные исследователи топонимики принимают за маньчжурские названия.

Маньчжуры, т.е. эвены и эвенки, начали развивать оленеводство на Дальнем Востоке чуть позже. Не было экономической необходимости. Для нужд степи и для торговли с Китаем хватало прибайкальской и алтайской пушнины. Только тогда, когда усилились маньчжурские степные племена, могла возникнуть необходимость в пушнине для торговли с Китаем. Поэтому оленеводство маньчжуров могло разви-ваться только после 9 века, когда забайкальская степь опустела из-за засухи. В то же время маньчжуры, которым путь на запад преграждали тюркские племена, кроме вьючных и ездовых оленей охотников-эвенков, начали развивать стадное оленеводство, которое характерно для эвенов. Хозяйство эвенов полностью само-стоятельное хозяйство, основным источником существования которого является сам олень. Рыболовство и охота являются уже побочными отраслями. Стада оленей нельзя содержать в тайге, для этого больше подходит лесотундра и горная тундра. Проникновение эвенов на север Якутии через Жиганск и Верхоянье закончилось уже после прихода русских.

На карте Ремезова и Долгих это движение отмечено. Современные долганы, как народность, возникли именно на территории реки Анабар, где пришлые эвены смешались с местными якутами. Свидетельством этому могут служить пометки казаков на карте Ремезова. «Зимовье Оленское, живут якуты». И вторая запись про тундру от реки Оленек до Лены: «Живут многие иноземцы тунгусы и якуты розных волостей». Иноземцами тунгусами названы эвены, которые в 17 веке проникли в приленскую тундру, которую не смогли освоить к тому времени оленеводы, скотоводы и коневоды народа саха, так как тундра не могла быть этновмещающим пространством скотоводческого народа при средневековом уровне развития хозяйства. Казаки точно отметили многочисленность эвенов. Количество охотников на пушного зверя из народа саха, которые жили за счет охоты и рыболовства в зоне тундры, было несравнимо меньше, чем иноземцев тунгусов-эвенов. Численность последних зависело только от численности стад оленей, которых они пасли на просторах тундры. Но численность оленных якутов, рассеянных по таежной зоне, была значительна. Народ саха и в то время занимал в основном ту же самую территорию, на которой и сейчас живут их потомки.

Якуты: Самые северные скотоводы мира

Но, несмотря на наличие оленеводства и скотоводства, основной отраслью хозяйства народа саха до прихода русских оставалось коневодство. В. Серошевский считал основным занятием древних якутов коневодство, и нашел доказательство этому не только в устных сообщениях многочисленных рассказчиков, но и в отписках казаков и даже в религиозных жертвоприношениях. Скотоводство, как отрасль хозяйства, возникла в Якутии вместе с появлением на Лене хоринских племен скотоводов уже в XIV в. Это подтверждено раскопками. Но малонаселенность территории, например, Лено-Вилюйского междуречья, позволяла проживать, используя менее трудоемкое, чем скотоводство, коневодство, сочетая его с охотой на крупного зверя и рыболовством.

До сих пор в сельской местности популярна охота с собаками на лося. Охотник на коне может подобраться практически вплотную к лосю, которого «держат» лайки. Если собаки «хорошо идут», добыча такого охотника не ограничивается двумя или тремя лосями за охотничий сезон. Также в наслегах до сих пор прак-тикуют подледную добычу озерной рыбы неводами. И сейчас можно получать при этом рыбу тоннами. Охота, как и рыболовство, и в настоящее время является не-плохим подспорьем к основной, хозяйственной деятельности жителей отдаленных якутских наслегов.

Такая особенность хозяйства якутов отмечалась вплоть до конца XVIII в.: «Надо сказать, что большинство якутов по-прежнему сочетало разведение скота с охотой и рыболовством. В «Описании якутской провинции», составленном неизвестным автором в 1794 г., так описан хозяйственный календарь якутов. «С 20-го числа июня здирая с дерев сосновую кору и суша оную запасаются для пищи на зиму, потом косят сено, по прошедствии же осени отлучаются в леса для промыслу зверей…, возвращаются с промысла из ближних мест в декабре, а из дальних в марте апреле». «Промысел якутов, – отмечалось в «Описании», – состоит единственно в улове зверей и в промене их на хлеб, на потребные для них железные вещи… ловят также для пищи и рыбу».

Народ саха был вынужден увеличить количество скота и перейти на оседлый образ жизни, потому что появление с русскими казаками большого количества промышленников, охотников за пушным зверем, подорвало охотничью базу края.

Так в 1642 г. через Якутскую таможню прошли 1124 человека, из них на промыслы – 891, а с промыслов на Русь и в сибирские города – 233 человека. В 1656/57 г. в Якутской таможне заплатили явку 549 человек. В дальнейшем в связи с истреблением ценного зверя, наплыв на промыслы значительно сократился. Был выбит не только пушной зверь, но резко сократилось и поголовье лосей. Р. Маак во время своей поездки по Вилюйскому округу в 1854 г. написал, что доказательством к тому, что лоси в прежнее время встречались довольно часто, служит, между прочим, то обстоятельство, что некоторые урочища и озера носят названия «лосиных». Сам лось, по Р. Мааку, был выбит полностью за 70 лет до его поездки.

Но в местах богатых дичью еще и в 1830-х годах сохранились группы якутов, которые не занимались скотоводством: «На севере, в Жиганском и Усть – Янском улусах и Нижне – Колымском ведомстве значительные группы якутов, также как и «бродячие» роды жили промысловым хозяйством, а скотоводством не занимались».

Документы также свидетельствуют и об обратном явлении, что в местах, где охота стала менее удачной, оленные якуты – тунгусы были вынуждены начать за-ниматься скотоводством. Так второй Ясачной комиссией в 1830 г. среди вилюйских тунгусов были выделены «бродячие» и «кочевые» группы. В Кэлтятском роде (кэлтээки) из 119 муж. душ 29 были причислены к «кочевым»: они имели 42 лошади и 63 головы рогатого скота. В Угулятском роде из 263 муж. душ 102 души были также причислены к «кочевым»: они имели 474 лошади и 595 голов крупного рогатого скота.

Историки склонны, уменьшение численности оленных охотников, относить за счет междоусобных столкновений, оспенных эпидемий и частых голодовок. Встречаются и некоторые «знатоки», которые в политических целях пытаются доказать, что местное тунгусское население истребили пришельцы якуты. Но цифры показывают другую причину. В 1830 году 39 % Угулятского рода оленных перешло на скотоводство. Быраканский, Угулятский и Шелогонский роды оленных по данным первой Ясачной комиссии имели 524 мужчины плательщиков ясака. В Верхневилюйском улусе в наслегах с одноименными названиями до 60-х годов ХХ столетия еще содержали оленей для охотников за пушным зверем. Таким образом, оленные якуты Вилюя никуда не исчезали, а перешли на скотоводство.

Переход на разведение крупного рогатого скота начался в густо заселенном Лено – Амгинском междуречье еще до прихода русских. Затем скотоводство распространилось и в Лено – Вилюйское междуречье. Но это не означает, что туда обязательно откочевывали скотоводы с Лены. Местное население при истощении охотничьих промыслов переходило с оленеводства и коневодства на более трудоемкое скотоводство, с заготовкой кормов на зиму, не отказываясь от занятий рыболовством и охотой. Обычно, основываясь на подтасованных данных Б.О. Долгих, принято считать, что численность якутского народа за годы его вхождения в состав России возросла с 25 тысяч человек в 1648 г. до 250 тыс. в 20-х го-дах ХХ столетия.

Но численность народа саха в момент прихода русских была намного больше. Токарев С.А. пишет: «.. Но если взять и не только ЯАССР, а весь советский Север, то ни одна из коренных народностей его, и даже все они вместе взятые (оставляя только в стороне живущих в европейской части Союза коми-зырян) не равняются по численности с якутами». Многочисленность народа объясняется тем, что саха создали самобытное хозяйство, приспособленное к северным условиям.

Можно приблизительно подсчитать естественный прирост населения, занимающегося скотоводством и коневодством. В период между двумя переписями Ясачных комиссий плательщиков ясака в центральных улусах прибавилось на 5080 человек и стало 49480 человек. То есть, за полвека численность скотоводческого населения центральных районов увеличилось только на 10%. За 300 лет естественный прирост, значит, не мог превышать 120-150 тысяч человек. То есть к приходу русских на Лену народ саха – оленные охотники, коневоды и скотоводы, занимавшиеся также охотой и рыболовством, составляли около 100-130 тысяч человек и они занимали практически всю территорию Якутии, пригодную для скотоводства и табунного коневодства.

Таким образом, устоявшееся в исторической науке мнение о том, что якуты южные скотоводы и коневоды, переселившиеся большой группой только в XIV в. из Прибайкалья не соответствует, на самом деле, действительности. Хозяйство народа саха является многоукладным комплексным хозяйством, хорошо приспособленным к окружающей северной природе, в котором гибко сочетаются как южные, так и северные формы хозяйств. Таким оно было всегда, таким остается и сегодня. Сложилось оно задолго до характерного в данное время для некоторых малых народностей Севера отрасли северного хозяйства, в котором олень является основным хозяйственным животным.

Андрей Кривошапкин

Другие статьи на эту тему:

Adblock
detector